Главное:
Предложили сменить «Тушку» (Сентябрь 19, 2018 12:20 пп)
«Добро» на наркотики (Сентябрь 19, 2018 12:07 пп)
Тотальная проверка (Сентябрь 19, 2018 12:05 пп)
Ишкя гер, кибитка… юрта! (Сентябрь 19, 2018 11:33 дп)
Кыргызстан – самая чистая страна (Сентябрь 19, 2018 10:11 дп)
Следователь пойман с поличным (Сентябрь 18, 2018 12:49 пп)
В Кыргызстане вредная кухня? (Сентябрь 18, 2018 10:07 дп)
Сгорел этнокомплекс «Супара» (Сентябрь 18, 2018 10:05 дп)

Таможня не даёт «добро»

22.08.2018
553 просмотров

откровенный разговор

О  КОНТРАБАНДЕ  И  КОНТРАБАНДИСТАХ В КЫРГЫЗСТАНЕ

О таможне в последнее время в Кыргызстане вспоминают в основном в связи с громкими коррупционными скандалами, фигурантами которых становятся высокопоставленные чины ГТС. Но есть у этой медали и оборотная сторона — каждодневная работа таможенников по выявлению контрабандистов…

Эта встреча — вопреки традициям — состоялась не в служебном кабинете, а в сквере. Мой собеседник — оперативник одного из управлений Государственной таможенной службы — жестом предложил расположиться на скамейке в тени деревьев. На встречу он не взял с собой никаких справочных материалов или документов, что для чиновников тоже редкость. За годы оперативной работы на госгранице собеседник, как он объяснил, отвык от кабинетов — они его сковывают. А необходимая информация вся в голове — подглядывать в справки нет нужды.

— Я готов ответить на любые ваши вопросы. Единственная просьба — не указывайте ни моей точной должности, ни имени, ни фамилии, — в самом начале беседы попросил таможенник.

— Боитесь, что ваши откровения могут не понравиться руководству?

— Нет, что вы! Наша с вами встреча санкционирована на самом высоком уровне. Если бы руководство было против, мы бы с вами здесь сейчас не сидели. Дело в другом. Специфика работы у меня непростая. Планируя операции по выявлению и задержанию контрабанды, приходится применять все возможные оперативные способы, в том числе и внедрение… Не стоит меня афишировать. Даже не все близкие знают, где и кем я работаю, — для их же безопасности.

— Всё настолько серьёзно?

— Если говорить об организованных преступных группировках, то да. Эти люди работают системно и слаженно. Мы следим за ними — они за нами. Мы пытаемся найти максимум информации о них, а они — о нас. К переправке груза такие контрабандисты готовятся основательно: просчитывают возможные риски, вычисляют время, когда вероятность незаметного провоза товара максимальна. Ведь речь идёт о многомиллионной прибыли! И ради неё, как вы понимаете, контрабандисты готовы на всё. К примеру, была у нас служебная собака. Очень хорошие результаты давала по наркотикам. Находила тайники любой сложности. Так её контрабандисты отравили прямо на посту. Немало и других случаев, когда в момент незаконного пересечения границы нарушители оказывали активное сопротивление, угрожали расправой, раньше доходило даже до погони со стрельбой.

А сейчас? Тоже стреляют?

— Нет, к счастью, это уже редкость. Но расслабляться не приходится. В наши дни обычно действуют иначе. Например, если машина пересекает границу вне постов и происходит задержание контрабандистов, те подключают своих людей из ближайших сёл. Сбегается толпа, начинается буча — таким способом они пытаются отбить груз или дать возможность водителю вернуться на территорию соседнего государства. Но чаще всего стараются провезти контрабанду через официальные таможенные посты.

— Машины ведь на таможне досматриваются…

— Досматриваются, но есть определённые сложности, которые играют контрабандистам на руку. Возьмём таможенный пост «Торугарт». Это один из самых напряжённых пунктов для нас. Там тяжёлые условия работы. Во-первых, высокогорье — 3865 метров над уровнем моря и климат соответствующий, холодно даже летом. Во-вторых, на этом пункте не оборудовано место для выгрузки товаров при досмотре. В-третьих, высокая загруженность — через пост проходит не менее 200 машин в день. Даже если бы была специальная площадка — все машины не разгрузишь, времени не хватит. Конечно, если водитель ведёт себя подозрительно или груз вызывает сомнение у сотрудника, то проводится более тщательный осмотр. Но на постах служат люди, а не роботы. Им свойственно уставать, терять бдительность. Да и контрабандисты каждый раз совершенствуют свои методы, идут в ногу со временем.

— И каковы же они — современные контрабандисты?

 — Ну, двойным дном в фуре сейчас никого уже не удивить, фокус всем известный. А вы представьте себе луковицу, в которой спрятан… героин. Ты её держишь в руках, она абсолютно целая, настоящая, тяжёлая, плотная и пахнет луком. А разрезаешь — внутри упакованные наркотики. Вот вы сейчас удивляетесь, мы тоже удивились, когда своими глазами увидели.

— Как можно героин в луковицу затолкать?!

— Сложно сказать… Раньше, например, мы сталкивались с героином внутри арбузов или кочанов капусты. Там всё понятно. Преступники упаковывали наркотики в полиэтилен и укладывали их в соцветие арбуза или в раскрытую «розетку» капусты, когда те ещё растут на грядках. И потом просто ждали, когда поспеет урожай с этими тайниками.  А с луком… С луком непонятно.

— Откуда в Кыргызстан поступает больше всего контрабанды? Из каких государств?

— Мне придётся сделать небольшое отступление, чтобы и вы, и ваши читатели поняли, чем отличается контрабанда от товара, импортированного в Кыргызстан с нарушением налогового законодательства.

До вступления Кыргызстана в ЕАЭС таможня осуществляла контроль на всех границах республики. После вступления в ЕАЭС наши посты были перенесены на внешние границы таможенного ЕАЭС — в направлении Китая, Таджикистана и Узбекистана. За передвижением товаров внутри союза следят налоговые органы. Контрабандой считается только тот товар, который завозится на территорию Евразийского экономического союза извне. Наиболее напряжённый участок — кыргызско-таджикская граница. Она до сих пор существует по большей части лишь на бумаге, там много «дыр» — неохраняемых участков и троп.

(«Через такую «дыру» и сбежал из Кыргызстана депутат Аскарбек Шадиев», — подумал я.)

— А что чаще всего пытаются ввезти в Кыргызстан контрабандисты?

— Да всё что угодно! Любой ширпотреб, на который у нас в стране есть спрос. Конечно, в СМИ попадают самые резонансные случаи: задержания грузов наркотиков, золота, краснокнижных птиц и животных… У простого обывателя может сложиться мнение, что только это и ввозят. Но на практике всё прозаичнее: электроника, бытовая техника, одежда, овощи и фрукты, мясо… Одним словом, всё, что можно быстро продать.

Например, в середине лета мы совместно с ГСБЭП задержали груз утиных грудок, ввозившихся в Кыргызстан из Китая под видом свежих персиков. Поступила оперативная информация, что в четырёх фурах за первым рядом официально оформленного товара спрятано мясо птицы. Мы не стали задерживать груз непосредственно на границе. Вместо этого отследили его передвижение по территории Кыргызстана и завершили операцию уже на точке выгрузки в городе Балыкчи. Таким образом, нам удалось раскрыть всю преступную цепочку и выявить всех её участников. Оценочная стоимость изъятой контрабанды составила порядка 23 миллионов сомов — более 83 тонн утиного мяса.

Разобрав первый и верхние ряды ящиков с персиками, таможенники увидели, что скрывал водитель, — упаковки с утиным филе.

А так изъятый груз утиного мяса выглядит на складе временного хранения. Его дальнейшую судьбу решит суд.

— И куда всю изъятую контрабанду вы потом деваете?

— Таможня изъятием и конфискацией не занимается — это прерогатива следственных органов и суда. Поэтому мы и работаем совместно с такими ведомствами, как финполиция — по экономической линии, или с СБНОН МВД — если речь идёт о наркотиках. Мы фиксируем нарушение таможенного законодательства и задерживаем груз, а уже наши коллеги изымают товар, описывают его и отправляют на склады временного хранения — частные ангары и холодильные камеры, которые снимаются в аренду. Опережая ваш вопрос, говорю сразу: плата за хранение груза ложится на плечи его владельца. Государство ничего не платит.

— Частные склады?! А если из них исчезнет что-нибудь из изъятого?

— Исключено. Владельцы складов подписывают договор и акт приёмки, груз отдаётся им на ответственное хранение. За таинственные исчезновения из описанного груза придётся отвечать по закону.  

— Ну вот лежит контрабанда на этих складах день, два, неделю, месяц… А дальше что?

— А это уже определяет суд. Есть несколько вариантов развития событий. Если груз не относится к перечню товаров, запрещённых к ввозу в ЕАЭС, то суд выносит решение груз узаконить. На владельца груза накладывается административный штраф за нарушения при ввозе товара, он также официально уплачивает все необходимые таможенные пошлины и сборы, платит за аренду складских помещений и лишь после этого получает свой товар обратно. Таким образом изъятое становится официально растаможенным. Если груз не подпадает под перечень разрешённого к ввозу, то по решению суда его либо уничтожают на специальном полигоне, либо вывозят в обратном направлении за пределы страны. И то, и другое опять же производится за счёт владельца.

— Уничтожают или вывозят, говорите? Ни для кого не секрет, что на рынках Бишкека работают магазинчики, торгующие подозрительно дешёвым товаром — обувью, одеждой, сигаретами, алкоголем. На алкоголе и сигаретах при этом кыргызстанских акцизных марок нет. Откуда это всё? Уж не контрабанда ли? И не с тех ли складов, про которые идёт речь?

— Да знаем мы про эти «точки», но сделать с ними ничего не можем — не под нашим они контролем. Это вопрос к налоговой службе, к ГСБЭП и проверяющим органам. А товар там регулярно появляется не только контрабандным путём, но и во многом благодаря «челнокам», которые работают в приграничной зоне. Десять человек распределяют между собой груз так, чтобы он не превышал допустимых норм и не привлекал внимания. Проходят таможенный пункт, получают деньги за услугу и сдают товар коммерсанту. Как это пресечь? Никак. Ну надел человек на себя две футболки, положил в сумку две бутылки разного алкоголя… По закону имеет право — это его имущество. А то, что он по несколько раз в день переходит границу, так это тоже его личное дело. Никаким законом не запрещено. Официальных лазеек достаточно. Не все из них таможня может ликвидировать, но работа ведётся.  

вопросы задавал
Юрий  КОПЫТИН

Совсем уж необычный груз был изъят у четверых казахстанцев в феврале этого года. Пользуясь отсутствием на кыргызско-казахской границе таможни, контрабандисты пытались ввезти в страну две литровые банки с «красной ртутью» — не существующим в природе химическим веществом, которое мошенники продают по всему миру за баснословные деньги под видом последней секретной разработки СССР.

Везут в Кыргызстан контрабандисты и такую, казалось бы, мелочь, как пустые пластиковые фляги, — на рынках они пользуются спросом. За эти, например, можно было выручить 264 тысячи сомов.

Двое граждан Объединённых Арабских Эмиратов два года назад пытались необычным способом вывезти из Кыргызстана четырёх живых соколов балобанов. Краснокнижных птиц мужчины спрятали в своих штанах, но стюардессы рейса Бишкек — Дубай обратили внимание на нервное поведение пассажиров, когда те выкладывали что-то из карманов, и вызвали сотрудников милиции.

11 краснокнижным животным — архарам и козерогам повезло меньше. Рога и шкуры убитых парнокопытных таможенники обнаружили в апреле 2017 года в приграничном с Таджикистаном селе. В Кыргызстан злоумышленник пытался ввезти их в мешках, забитых овечьей шерстью. Таким образом контрабандист надеялся запутать следы и сбить с толку служебных собак.

коротко о контрабанде в КР

  • в Кыргызстан контрабандисты ввозят: сигареты, мобильные телефоны, соль, сахар, овощи и фрукты, шкуры и рога животных, одежду, ювелирные изделия из золота и серебра;
  • из Кыргызстана контрабандисты вывозят: обувь, спортивную одежду, шубы и кожаные куртки, сельскохозяйственную продукцию, краснокнижных животных, цветной металл и ГСМ;
  • контрабанду прячут обычно в грузовиках. Тайники чаще располагаются в днищах и отсеках для запасных колёс;
  • контрабандой занимаются чаще всего мужчины в возрасте от 25 до 50 лет;
  • за 5 месяцев 2018 года в Кыргызстане выявлено контрабанды на  82 миллиона 792 тысячи сомов.

Оставьте комментарий