Главное:
Китайской экспансии – нет! (Январь 17, 2019 2:20 пп)
Прогноз погоды на февраль (Январь 16, 2019 4:07 пп)
Приговор оставлен в силе (Январь 15, 2019 11:52 дп)

Если учитель сгорел…

12.12.2014
Просмотров: 22

Не в прямом, конечно, смысле. В переносном. В эмоциональном. Как быть тогда и что делать?

педагогическая  трагедия

Есть в психологии такой термин – синдром эмоционального выгорания. Подвержены ему в основном люди, чья работа связана с постоянным общением. Врачи, учителя, журналисты, артисты, социальные работники… Да те же психологи.

Но учителя, утверждают специалисты, в последнее время выгорают наиболее часто.

история  первая

все  на  одно  лицо

– Открываю позавчера дневник сына-второклассника, – рассказывает позвонившая в редакцию женщина, – а там запись красной пастой через всю страницу: “Поведение 2! Родителям срочно явиться в школу!”.

Мне аж страшно стало. Чего такого ужасного мог натворить там мой ребёнок? Он у меня не паинька, конечно, нормальный мальчишка. Но чтоб вот так – “срочно явиться”…

– В чём дело? – спрашиваю сына.

– Ни в чём.

– Говори прямо, что случилось в школе, раз меня срочно вызывают?

– Да ничего не случилось. Она всех вызвала и всем такое написала.

“Она” – это учительница. Назовём её, к примеру, Надирой Максутовной. Я её до того момента не очень хорошо знала. Мой сын только в сентябре в эту школу перешёл. Ну виделись мы с учительницей 1 сентября на линейке, потом ещё пару раз на родительских собраниях. Учительница как учительница. Немного заполошная, как про неё другие родители говорят. Но в целом показалась мне вполне нормальным человеком.

С утра пораньше, плюнув на работу, вместе с сыном бегу в школу. Здравствуйте, мол, что произошло, в чём мой ребёнок провинился?

– Ой, вы знаете, – Надира Максутовна как-то картинно закатывает глаза, – они на перемене так носились по коридору, что чуть директора с ног не сбили.

– И это всё?!

– А вам что, мало?

– Не знаю… По-моему, это не повод, чтобы СРОЧНО родителей в школу вызывать. Я уж думала, здесь что-то вообще из ряда вон выходящее случилось.

– Да вы-то, – неожиданно выдаёт Надира Максутовна, – вообще могли не приходить. Лично к вам это отношения не имеет.

– То есть как не имеет? Вы же сами в дневнике написали: срочно явиться… За поведение двойка…

Надира Максутовна снова устало закатывает глаза: “Ваш сын – это такой маленький, ушастенький, с чёлочкой? Я его ни с кем не путаю? Если это он, то он тут точно ни при чём. Он всю перемену вообще в классе просидел. А в дневники я им всем написала, чтоб никому обидно не было. В таком состоянии была, когда директор на мой класс пожаловался… В общем, вы меня понимаете. Короче, не берите в голову, вас это не касается”.

– Меня, – рассказывает наша читательница, – просто переклинило. Ещё чуть-чуть – и я схватила бы её за грудки, стала трясти и грязно ругаться. Еле сдержалась. Хотя, конечно, очень резко с ней поговорила. Сказала, что из-за её “такого состояния” я вечером хотела отругать сына – который, оказывается, ни в чём не виноват. Что всю ночь не спала, утром отпросилась с работы, чтобы выполнить её “приказ” и срочно явиться.

И вообще, разве это нормально – три месяца мой сын учится у неё в классе, а она даже внешность его не помнит?!

Буквально за неделю до этого разговора с ошарашенной матерью второклассника к журналистам обращалась другая бишкекчанка. В школе, где учится её сын-шестиклассник, по её словам, тоже ситуация не из приятных. Такое заведено правило: провинился кто-то один из класса – наказывают всех скопом. “Чтоб никому не было обидно”.

Кто-то домашнее задание не сделал – весь класс остаётся после уроков и что-то пишет или решает. Один ученик на уроке баловался с “соткой” – телефоны отбираются у всех остальных, прячутся в шкаф и не отдаются даже по просьбе родителей. Один кто-то бросил на пол бумажку – весь класс после уроков до блеска чистит-моет кабинет.

– Я пыталась с учителями разговаривать, – возмущалась женщина, – объяснить, что школа – это не тюрьма и не армия, здесь такие порядки ни к чему. Потом поняла, что объяснять бесполезно. Они, учителя, по-моему, даже по именам своих учеников не знают. Все школьники для преподавателей – “они”. Так всё время и говорят. Я её о своём сыне спрашиваю, а в ответ – “они” то, “они” это…

Думаю, все ученики для этих педагогов на одно лицо и на одну фамилию. Сплошная серая масса, в которой они не различают – да и не считают нужным этого делать – отдельных личностей. И всех, абсолютно всех – за что-то ненавидят. Это разве нормально?!

история вторая

“Бедная я, бедная”…

Урок английского языка в одной из бишкекских школ. Шестой класс. Ученики что-то пишут, учительница сидит за своим столом и просматривает сообщения в мобильном телефоне.

В рабочей тишине вдруг раздаётся: “Козёл!”.

Ученики, мягко говоря, в ауте.  “Кто  козёл, Ирина Васильевна?”.

– Да мой муж, – в сердцах отвечает учительница. – Из-за него только полтора часа спала сегодня.

И дальше – очевидно, забыв, что перед ней не любимая подружка, а школьники, шестиклассники, для которых она – педагог, призванный обучить их иностранному языку, – начинает обсуждать с ними свои семейно-домашние проблемы.

Другая школа и другой класс. Такую же тишину нарушает гневный возглас: “Скотина! Тварь! Пошла вон из класса!”.

Это уже не про мужа. Это – обращение к ученице, повернувшейся зачем-то к соседке на задней парте.

На следующий день в школу приходит разъярённый отец ученицы и требует объяснений. Учительница плачет и просит не судить её строго, а понять и простить. Ну сорвалась, мол, с кем не бывает… На то, мол, есть причины. Муж – запойный алкоголик, мать тяжело больна, очень сложно, мол, в такой ситуации себя держать в руках и контролировать.

Ещё один урок – в ещё одной бишкекской школе.

– Вы тут тихо посидите, – обращается учительница к семиклассникам. – Я дверь закрывать не буду, чтобы слышать, чем вы тут занимаетесь. Имейте в виду: я рядом! Я только в туалет схожу, а потом в медпункт. Голова сильно болит и мутит что-то. Наверное, давление. Вчера из-за сына перенервничала, а тут вы ещё с утра меня довели…

От автора: все мини-истории – абсолютно реальные. И лично от себя хотелось бы добавить многое из “весёлой” школьной жизни моей дочери-шестиклассницы. Но добавлять не буду. И школы, и подлинные имена-фамилии педагогов называть, думаю, тоже не имеет смысла. Не потому, что жалко. Не потому, что страшно. А просто не такое уж это редкое в наши дни явление, и не одна школа им поражена.

Это, увы, повально и повсеместно. Кроме описанного, сплошь и рядом встречаются случаи, когда учитель с первого дня знакомства “не принимает” какого-нибудь ученика. Просто не любит – и всё, без всяких объективных причин. И это даже не самое страшное. Гораздо страшнее, что он, педагог, не может при этом свои чувства обуздывать и время от времени выплёскивает на несчастного свою неприязнь в самых безобразных формах.

Бывает, когда учителю просто откровенно наплевать и на свой предмет, и на учеников, и на коллег. Учитель так прямо и признаётся: работаю – просто потому, что надо где-то работать. В школе всё-таки зарплату какую-никакую получаю.

Да и много чего ещё есть в наших школах. Всего и не перечислишь. А причин всему, говорят психологи, только две. Или человек изначально совершенно профнепригоден и напрасно выбрал педагогическую стезю. Или когда-то был пригоден… Но эмоционально выгорел.

Лучше  бы  они  молчали!

Каждый школьник, наверное, может припомнить пару-тройку высказываний какого-нибудь учителя, заставляющих невольно сомневаться в его адекватности и соответствии занимаемой должности. Поделюсь и своей небольшой коллекцией, собранной в разных бишкекских школах в течение последних трёх лет.

Мне пофиг на вас и на ваших родителей. Родители ваши ничего не умеют и не знают, и вас такими же воспитывают. Ни разу не видела ни одного интеллигентного или хотя бы грамотного родителя!” (учительница русского языка и литературы).

На уроке ученик: “А можно я?”. Учитель: “Тебе в рифму ответить или как? В рифму нецензурно получится, я тебе лучше потом, на перемене, скажу”.

“Ты совсем охренел – третий урок без тетради приходить?” (учительница стилистики и культуры речи).

“У вас не класс, а сборище наркоманов. Я видеть вас не хочу!” (учительница этики).

“На твоём месте я вообще бы сидела дома и не писала эту контрольную. Больной бы прикинулась. Всё равно больше, чем на единицу, не напишешь” (учительница математики).

“Бли-и-ин! Смотрите на неё: вырядилась как проститутка. Как будто не в школу пришла, а на панель. Твоя мать тоже так на работу ходит?” (завуч по воспитательной работе).

Откуда пожар?

Возьмём, к примеру, токаря. Работает он на станке, всю смену имеет дело с бездушными и безмолвными железками. Работу закончил, ушёл домой, поужинал, включил телевизор. И наутро встал, вполне готовый морально и физически к новому трудовому дню.

Учителя же подобны этой самой вытачиваемой на станке детали. Какому только давлению, какой только деформации они не подвергаются! Причём с разных сторон одновременно. Давит школьная администрация, давят родители, давят жёсткие временные рамки (надо уложиться в урок, успеть за четверть). Давит безденежье. Практически на всех давит непростая обстановка дома. Плюс к этому – высокая эмоциональная вовлечённость в рабочий процесс. Учитель ведь не может, не должен вести себя как токарь. От него требуются и душевность, и артистизм…

Статистика, которую приводят исследователи-психологи, убивает наповал: к сорока годам (и примерно к двадцати годам педагогической деятельности) эмоционально сгорают 90 процентов школьных учителей. То есть превращаются в лучшем случае в отпетых пессимистов, в худшем – в циников и негативистов, откровенно ненавидящих собственную работу и учеников.

Синдром эмоционального выгорания – механизм психологической защиты от постоянного психотравмирующего воздействия и хронического стресса. И состояние это заразно. Один сорокалетний эмоционально выгоревший педагог способен превратить в “компанию выгорающих” весь педколлектив школы.

чем  начинается  и  чем  кончается

Синдром профессионального выгорания развивается постепенно. Он проходит три стадии, которые могут привести учителя к полной профессиональной непригодности:

Первая стадия начинается приглушением эмоций, сглаживанием остроты чувств и свежести переживаний.  Специалист (ещё относительно молодой) неожиданно замечает: вроде бы всё пока нормально, но … скучно и пусто на душе.

Постепенно исчезают положительные эмоции, появляется некоторая отстранённость в отношениях – не только с учениками, но и с близкими, с членами семьи. Возникает состояние тревожности, неудовлетворённости. Возвращаясь домой с работы, всё чаще хочется сказать: “Не лезьте ко мне, оставьте в покое!”

Вторая стадия характеризуется недоразумениями с учениками. Педагог в кругу своих коллег начинает обсуждать некоторых школьников, отзываясь о них пренебрежительно. Потом пренебрежение и неприязнь начинают проявляться и в присутствии учеников. Вначале это с трудом сдерживаемая антипатия, а затем и вспышки раздражения.

Третья стадия – притупляются представления о ценностях жизни, эмоциональное отношение к миру “уплощается”, человек (в данном случае учитель) становится опасно равнодушным ко всему, даже к собственной жизни.

По привычке он может ещё сохранять внешнюю респектабельность и некоторый апломб, но глаза теряют блеск интереса к чему бы то ни было, и в душе учителя поселяется почти физически ощутимый холод безразличия.

Одна из обязательных составляющих синдрома эмоционального выгорания у педагогов – деперсонализация, то есть бесчувственное отношение к ученикам, иногда граничащее с агрессивностью, безразличие, формальность, нежелание проникнуться проблемами детей.

А дальше – подозрительность и недоверие ко всем окружающим, обида на весь белый свет.

А ещё дальше… Хотя – куда уж дальше-то? Тут вроде бы всё ясно. Пора писать заявление по собственному желанию и переквалифицироваться в домохозяйки.

Если учитель НАСТОЯЩИЙ – синдром эмоционального выгорания ему не страшен.

Лечиться  или  не  лечиться?

Это каждый педагог для себя решает по-разному. Беда в том, что заражённый синдромом эмоционального выгорания учитель чаще всего не видит никаких причин для беспокойства и не считает себя ущербным. Уверен, что виноваты нерадивые ученики, их “неинтеллигентные” родители, суровые жизненные обстоятельства. Уверен (о ужас!), что всё с ним в полном порядке и он работает так, так надо (и как единственно возможно).

Лечить душевные проблемы педагогов, признаются психотерапевты, – самое бесполезное и неблагодарное занятие. Потому что у педагога установка на собственную правоту и непогрешимость. Советов он не слушает, рекомендации не воспринимает и психологов презирает – так же, как и своих коллег, и учеников, и их родителей…

Уберечься от эмоционального выгорания удаётся только самым стойким педагогам. Самым правильно профессионально ориентированным (а таких у нас чем дальше, тем меньше – жизнь тяжёлая пошла). Успешны и полезны учителя, обладающие, говорят специалисты, тремя важнейшими базовыми качествами.

Интерес к жизни – непременное условие работы с детьми, условие эффективного обучения и воспитания. Почему? Да потому что любое воспитание в конечном счёте должно быть ориентировано на формирование способности ребёнка быть счастливым.  А в основе такой способности лежит принятие жизни как таковой в качестве великого дара природы.

Интерес к человеку. Внимание к разного рода личностным проявлениям каждого ученика, уважение его индивидуальности. Если педагогу интересен каждый ученик как человек – легко, сами собой решаются многие проблемы. Интерес к человеку помогает обрести профессиональное равновесие и устоять на профессиональной высоте.

Интерес к культуре. Здесь всё понятно. Некультурный в широком смысле слова человек не способен ни работать с людьми, ни прививать элементарные культурные навыки своим подопечным.

Какие ещё качества желательны у профессионального педагога? Общительность; способность к сопереживанию и пониманию эмоционального состояния людей; гибкость, умение быстро и правильно ориентироваться в меняющихся условиях; умение управлять собой – своими мыслями и чувствами, голосом, мимикой; развитость речи и богатый словарный запас…

Много? А что делать? Это всё – минимум, который делает учителя учителем и необходим не только его ученикам, но в первую очередь ему самому, потому что помогает сберечь его физическое и психическое здоровье.

Ольга КАЛИНИНА

 

Оставьте комментарий