Главное:
Новая фамилия – новая жизнь? (Ноябрь 20, 2018 1:45 пп)
Либо зарплата, либо пенсия (Ноябрь 16, 2018 4:59 пп)
Америка на войны не скупится (Ноябрь 16, 2018 10:10 дп)
Послы-бездельники? (Ноябрь 16, 2018 10:04 дп)

Эссе и прочие “нестандартности”

10.10.2018
Просмотров: 680

Как с помощью “красивых” слов разрушить систему образования…

“Компетентностный”… Кто из вас, уважаемые читатели, способен вот так сразу, без подготовки и многочасовой тренировки, выговорить это корявое словечко?

А в Минобразе выговаривают. Примерно так же, как слово “эссе”. Кое-кто из министерских работников (сама слышала!) произносит его как “есе” – но упорно настаивает на том, чтобы кыргызстанские школьники непременно его писали.

“Компетентностный” – слово тоже заграничное. Не такое, правда, красивое, как “эссе”, но такое же непонятное.

Значит, по мнению сотрудников Министерства образования и науки, – наиболее пригодное для псевдореформаторских отчётов перед западными грантодателями.


Итак, в кыргызскую систему образования, оказывается, последнее время активно внедряется компетентностный подход.

По своему обыкновению, решаю выяснить у работников Минобраза (рядовых, не руководящих работников), что это значит и как они это понимают. А главное – зачем ЭТО нужно школьникам Кыргызстана.

Ненавязчиво опрашиваю пятерых минобразовцев. Они сначала наотрез отказываются разговаривать с журналистом: получится, дескать, как с эссе. Пришли, спросили, а потом нас же высмеяли в статье.

Обещаю, что теперь так не будет. Я ведь и сама понятия не имею ни о каком компетентностном подходе. Чего уж тут высмеивать? Тут уж не до смеха. Просто объясните по-человечески, что и для чего именно внедряете.

– Ну, это такой подход в образовании, – принимается объяснять девушка из Минобраза (не стану называть ни имени, ни фамилии “специалиста”). – Такой подход, понимаете… Он очень важен.

– Не сомневаюсь в его важности, – киваю. – Раз уж Минобраз так озаботился его внедрением – важнее этого, полагаю, ничего не свете нет и быть не может.

Иронию девушка не улавливает. Продолжает старательно подбирать слова, чтобы разъяснить-таки суть: “Ну это когда не надо ничего учить”.

– В смысле?! Что же это за образование такое, когда не надо ничего учить?!

– Нам так сказали, – оправдывается девушка и пристыженно замолкает.

Другая девушка (их в Минобразе много – молодых, красивых, изо всех сил старающихся выглядеть умными) показывает собственную компетентность в этом самом компетентностном (извините за каламбур) подходе:

– Главное – не знания. А то, как их применять в дальнейшей жизни.

– Но если не будет знаний, – возражаю, – что же наши дети в дальнейшей жизни будут применять? Вы что же, совсем от знаний решили отказаться?!

– Не от знаний, – в голосе девушки появляется досада: какая, дескать, тупая журналистка попалась! – Просто мы исходим из того, что не надо ничего заучивать.

– А как же тогда учиться?

Девушка ссылается на некое срочное дело и прерывает нашу увлекательную беседу.

А я озадаченно лезу в Интернет. Надо же, в конце концов, разобраться с новым министерским внедрением! Может, действительно штука хорошая и полезная.

Компетентностный подход в образовательном процессе, как пишут в Интернете, – это подход, акцентирующий внимание на результате образования, причём в качестве результата рассматривается не сумма усвоенной информации, а способность человека действовать в различных проблемных ситуациях.

В общем – если, конечно, я всё правильно понимаю – отныне не важно, что ты знаешь, а важно, как ты умеешь применять знания в различных проблемных ситуациях. То есть – если опять же не ошибаюсь – теоретики нынче никому не нужны, а востребованы, наоборот, практики.

В принципе, плохого в этом ничего нет. Теория без практики в самом деле мало значит.

Но возможна ли практика без теории? Вот в чём вопрос.

Сторонники компетентностного подхода (а таковых у нас – полное Министерство образования) считают, что запоминание информации – это вчерашний день. Любую информацию, дескать, можно сейчас найти в том же Интернете. А вот как её, эту информацию, применять – этому, дескать, и должны мы учить подрастающее поколение.

Следуя этой логике, нет никакой необходимости современным школьникам учить, например, стихи великих поэтов. Зачем? В любой момент можно взять книжку… Да и книжку не надо: есть Интернет. Там – всё. Любое стихотворение любого автора. Да и вряд ли когда-нибудь попадёт кто-то из нынешних школьников в “проблемную ситуацию”, где ему понадобится цитировать Пушкина.

По этой же логике, не нужна нам больше таблица умножения. Есть Интернет, на худой конец – калькулятор. И не сам по себе, а встроенный в мобильный телефон. Возникает “проблемная ситуация” – достаёшь телефон и считаешь. Уж телефоном-то пользоваться современные дети обучены.

Нынешнему школьнику, согласно теории компетентностного подхода, нет нужды вообще ничему учиться. Главное – знать буквы и цифры и обладать какой-никакой житейской смекалкой, чтобы загнать свои “знания” в поисковик Интернета, выудить нужную информацию и воспользоваться ею в “проблемной ситуации”…

Вот теперь, пожалуй, всё наконец-то становится на свои места. Вся суть усердно проводимых Министерством образования и науки Кыргызской Республики реформ сводится к тому, чтобы отучить школьников заучивать и запоминать.

Отсюда и настойчивые предложения отменить домашние задания.

Отсюда и спокойное министерское отношение к переполненным классам: какая разница, трое или четверо детей за партой сидят, какая разница, в три или четыре смены они учатся, – знания-то им ведь особо и не нужны!

Отсюда и министерское поощрение издания абсолютно безграмотных учебников.

Отсюда и увольнение “возрастных” профессиональных педагогов…

К своему ужасу, наблюдаю за вчерашними выпускниками бишкекских школ. Которые уже поварились в этом “компетентностном подходе” и теперь обладают крайне неразвитой памятью.

Вот ведь, казалось бы, поистине проблемная ситуация, когда им следовало бы воспользоваться недополученной в школе информацией, – запомнить расписание вузовских занятий, к примеру. Запомнить, в котором часу начинается первая пара…

Не могут они этого сделать! Это для них, УСПЕШНО окончивших девять-одиннадцать классов, прошедших итоговое тестирование, – поистине непосильная задача.

В усвоении знания выделяют несколько этапов, – комментирует в социальных сетях новый образовательный подход человек, как видно, не понаслышке знающий образовательную систему. – Первый этап – это осознанное восприятие изучаемого, понимание его и запоминание. Смею утверждать, что этот этап в нынешних школах очень короткий: учитель быстро объяснил материал или дал задание учащимся самим прочесть в учебнике и тут же переходит ко второму этапу, не выясняя, насколько глубоко поняли ученики материал и запомнили ли необходимую информацию.

Считается, что степень понимания материала учениками выявится на втором этапе, который заключается в усвоении способа применения знания по образцу (типичные задачи, упражнения). Тут учитель сможет пояснить то, чего ученик не понял. В процессе выполнения этих задач и упражнений должно происходить и запоминание изучаемого… Но, к сожалению, и этот, второй этап очень короткий – и это наглядно демонстрируют учебники, которые сейчас выпускаются. В них мало заданий (а иногда по тем или иным темам курса они вообще отсутствуют), позволяющих усвоить изученное и способ применения знания по образцу, довести умение до автоматизма.

Фактически эти учебники акцентируются на третьем этапе – на творческом применении изученного в нестандартной ситуации. Однако, не осознав и хорошо не запомнив материал, не обретя прочного умения использовать знание в стандартной ситуации, ученик (обычный, среднестатистический) оказывается беспомощным в решении нестандартной задачи. В итоге его одинаково ставит впросак как стандартная, так и нестандартная задача”.

Среднестатистического выпускника кыргызстанской школы ставят в тупик просьба написать формулу воды, вопрос, какое наиболее известное произведение написал Лев Толстой или как звали наиболее известного кыргызского полководца времён Средневековья.

А вы говорите – “эссе”. И требуете от выпускников его написания.

Эссе, кстати говоря, – это та самая проблемная, нестандартная ситуация. Когда человеку надо поразмышлять над какой-то темой, привлекая на помощь все полученные знания, умения и навыки. А знаний-то нет! В голове – пустота!

Словарный запас среднестатистического кыргызского выпускника – чуть богаче лексикона героини романа “Двенадцать стульев” Эллочки Щукиной (она же – Эллочка Людоедка). Умение выстраивать какие-то аналогии, сопоставлять факты, мыслить логически отсутствует напрочь.

Те девушки, с которыми я общалась в Министерстве образования, – тоже вчерашние школьные выпускницы.

Вот вам и эссе…

“материи и посуды”

– Я сама по образованию историк, – говорит Айнагуль, мать пятиклассницы одной из бишкекских школ. – Признаюсь вам: мы предложенное учебное пособие по истории с дочкой пока даже не открывали. Разбираем с ней темы, которые на дом задают (в школе, на уроке, учительница ничего почти не объясняет и не рассказывает – читайте, мол, самостоятельно учебник).

Моей дочке ещё, можно сказать, повезло: с ней я занимаюсь. А подружка дочкина иногда к нам приходит в гости – это же, простите, ужас! Вроде бы из хорошей семьи ребёнок, вроде бы нет у неё психических отклонений, но разговаривать не умеет. Мысль сформулировать не может. На простые вопросы реагирует странно: сначала долго думает, потом так же долго выстраивает ответ…

Дома родители с ней, наверное, не занимаются элементарным развитием речи. Но с другой стороны – школа ведь тоже должна этим заниматься!

Учебное пособие, которое имеет в виду Айнагуль, называется “Краткие рассказы по истории Кыргызстана”. И я бы, честно сказать, тоже поостереглась по этому учебнику своих детей обучать. Ничему хорошему это пособие не учит.

И не о содержании сейчас речь, хоть и оно оставляет, как говорится, желать…

Речь – вот о чём (обратите внимание на грамматику):

“В сакских курганах были найдены глиняные посуды, которые были удобны и приспособлены к кочевым условиям жизни”.

“Из шерсти овец изготавливали материи…”

“Бурана – историко-архитектурный памятник, принадлежащий к эпохе Караханидов, башня. Расположена в 15 км к юго-западу от города Токмок в Чуйской долине. Башня была построена в конце X в начале XI века, во время распространения ислама в Семиречье. Башня, построенная из жжёного кирпича, в цилиндрической форме, на восьмигранной основе-фундамента, располагалась внутри крепости”.

Ну вот не хочу я, чтобы мои дети изъяснялись в духе авторов этого учебника! Не имеет формы множественного числа слово “посуда”. И из шерсти овец изготавливали материЮ. И над согласованием авторам пособия, как видно, недосуг было поработать…

А как вам методическое пособие “Родиноведение, 1 класс” (книга не для учеников, а для учителей!):

“Научить учащихся 1-го класса их классифицировать, объединять в соответствующие группы, уметь различать вещества. При обсуждении темы, и ответов на вопросы расширяется представление о быте народов проживающих рядом, формирует навыки общения и умение работать в группе, развивает речь учеников”.

Нормальный грамотный учитель, даже не семи пядей во лбу, просто не сможет дочитать до конца этот поток сознания! Что же за методисты у нас такие косноязычные пошли? Про запятые молчим. Не в курсе методисты, где и как правильно ставить этот знак препинания.

Странные дела вообще творятся в подавляющем большинстве школ Кыргызcтана. В первый класс принимают детей, желательно прошедших основательную детсадовскую подготовку. Умеющих читать, писать (хотя бы печатными буквами), считать…

А к моменту окончания школы тот самый развитый ребёнок с трудом, буквально по слогам читает текст. Не может понять этого текста и ответить на элементарные вопросы к нему. Не в состоянии решить простейшие математические задачи.

Что он теперь в лучшем случае умеет – так это поставить крестик или “птичку” в тестовом задании (поставить, как правило, наугад, методом тыка). К тому, чтобы выпускник средней школы ничего больше не умел, его целенаправленно подводит Базисная учебная программа. БУП, как её гордо называют сотрудники Минобразования.

БУП – он и есть БУП. А со школьника ещё какое-то эссе требуют…

Это ли, господа минобразовцы, не вредительство?

Кому это нужно?

По-настоящему грамотные, компетентные в своих областях люди вопросы современного школьного образования предпочитают не обсуждать. То есть видят, говорят, что с ним творится что-то невообразимое, но почему так происходит? Неизвестно.

“Министр образования в одиночку ведь ничего сделать не может, – так на вопрос о вредительских реформах отвечают представители кыргызской интеллигенции. – Она, наверное, старается, но её никто не поддерживает, никто не понимает. Министр хочет как лучше, а получается как всегда, но от неё ведь ничего не зависит”.

Что же, простите, за министр, от которого ничего не зависит? Да и затеяла все эти, с позволения сказать, школьные реформы госпожа министр самолично, ни с кем не советуясь и вопреки возмущению здравомыслящей части общества.

– Я думаю… – говорит учительница престижной бишкекской гимназии. – Вернее, не думаю, но впечатление такое. Что нашему министру образования кто-то заплатил большие деньги за полный развал системы образования. И она весьма успешно этот гонорар отрабатывает.

Сначала учительница не возражала против упоминания в статье её фамилии. Мне, дескать, стыдиться нечего.

Потом позвонила и слёзно просила никаких её данных не указывать. Стыдиться-то нечего, зато есть чего бояться. Вдруг завтра уволят?!

Ольга НОВГОРОДЦЕВА

Оставьте комментарий