Главное:

Кто и как похоронит ребёнка?

25.10.2012
Просмотров: 12

В Иссык-Атинском районе Кыргызстана отчим-садист насмерть забил 8-летнюю девочку. А соседям теперь не дают покоя два вопроса.

Кто и как, во-первых, будет теперь хоронить несчастную Милану? И, во-вторых, что они, соседи, сделали не так и чего ещё не сделали, чтобы не допустить такой трагической развязки?

 

     Избил Саид падчерицу 16 октября. Избил по своему обыкновению жестоко – так, что у девочки кровь шла и из ушей, и из носа. “У меня что-то вот тут булькает”, – жаловалась, показывая на голову, Милана сердобольной соседке, которая часто оставляла её у себя ночевать…
И всё равно продолжала нянчить полуторагодовалого братишку (она, говорят соседи, постоянно его на руках таскала, даром что сама маленькая и худенькая, как курёнок). Ещё два дня 8-летняя нянька кое-как ходила, разговаривала – а потом умерла.
– А к врачам обратиться? А “скорую” вызвать? – у меня, например, в голове не укладывается, как можно вот так смиренно и покорно ждать смерти потихоньку угасающего ребёнка.
Врачей вызывать было некому.
Мать Миланы Елена поздно вечером прибежала к соседке “через стенку”: “Ой, что-то с дочкой неладно, совсем ей что-то плохо сделалось!”. Соседка, наспех накинув на себя что-то, побежала за Еленой. Миланочка, говорит, лежала на полу и уже глазки закатывала. Вызвали “скорую”, врачи зафиксировали смерть. Потом, как водится, приехала милиция, нашла в остывшей печке окровавленные салфетки и детскую одежду – тоже со следами крови.
А Елена сидела над мёртвой дочкой, целовала ей руки и причитала: “Доченька, доченька, как же это, что же с тобой приключилось?!”
На публику работала, уверены жители Ново-Покровки. Врёт, совсем ей ребёнка не жалко. Было бы жалко – наверное, так бы себя не вела.
Лена с Саидом поселились здесь, на улице Линейной, в начале нынешнего лета. До этого вроде бы жили в городе на квартире, повздорили с хозяйкой и съехали, даже не расплатившись. А новые соседи узнали всю подноготную этой семейки буквально через считанные дни после её появления в селе. Старшая дочь Елены Милана неизвестно от кого, но точно не от Саида. Он, Саид, – отец двоих младших сыновей (четырёх и полутора лет). Он же – отец пока не рождённого ребёнка (как нередко бывает в проблемных семьях, мать всю жизнь ходит “в положении”).
Чем занимаются сами многодетные родители? Тот же Саид, кроме того что пьёт? Насколько известно соседям, на жизнь Лена с Саидом зарабатывают “коммерцией”. Где-то что-то покупают, потом перепродают. Между прочим, успели задолжать разным людям крупные суммы денег… Но насчёт долгов выясняется только сейчас, когда Саида арестовали по подозрению в убийстве падчерицы, а Елена переживает за живых (пока ещё) детей, временно оформленных в приёмник-распределитель.
Вот дом, где до последних дней обитало это крайне нездоровое семейство. Вот здесь, говорят, во дворе, частенько видели Милану с маленьким сводным братишкой. Тот сын Саида, который постарше, по наблюдениям соседей, и жил получше. Его, по крайней мере, прилично одевали и даже шоколадки покупали иногда. А Милана со своей “живой куклой” всегда была в загоне.
– Я однажды чуть инфаркт не заработала, – вспоминает одна из соседок. – Проходила мимо, вижу – Саид взял здоровенную палку, вот такую толстую, и бьёт Миланочку по голове.
– А вы что же?
– Конечно, вмешалась! Накричала на него, он вроде присмирел… До следующего раза.
“Про что для вас эта история?” – частенько вопрошает героев своего телешоу Андрей Малахов. Так вот эта история лично для меня – явно не про то, какими равнодушными могут быть соседи. Здесь соседское поведение – наглядный пример того, как надо не проходить мимо чужих страданий (тем более детских). Но, увы, и не менее наглядный пример того, что, сколько бы вы ни бились, в какие бы двери ни стучались, – не факт, что в самом деле реально поможете.
– Кто это? – расспрашивал по телефону сотрудник милиции в очередной раз звонивших обеспокоенных соседей.
– Кто-кто… Совесть ваша, вот кто! Вы ждёте, пока здесь произойдёт убийство?! Если не на чем приехать – закажите такси, мы сами всё потом оплатим! Только сделайте что-нибудь!
Милиция несколько раз приезжала. И в виде участкового, и в виде сотрудников Иссык-Атинского РОВД из Канта. Елена, мать Миланы, в милицию не обращалась, правоохранители прибывали всегда по просьбе (и после долгих уговоров) соседей, не имеющих больше ни желания, ни нервов слушать истошные детские крики и видеть перекошенное от ярости лицо Саида.
Кроме милиции, в этом доме несколько раз побывала представительница отдела опеки и попечительства. Последний раз “отчиталась” перед соседями: составила, дескать, акт. Предупредила главу семейства, чтобы больше не дебоширил. Разъяснила ему, что детей избивать нехорошо…
– Она такая худенькая была, – рассказывают местные женщины о погибшей девочке. – Вечно чумазая, вечно испуганная, вечно голодная. Плохо разговаривала. Оно и понятно, с ребёнком же надо заниматься, она же по возрасту должна была во втором классе учиться уже. Ничего никогда не просила, подойдёт к воротам – и плачет. Значит, или есть хочет, или болит у неё что-нибудь.
Однажды соседка Кристина решила девочку к стоматологу сводить. А перед этим вымыла в бане. На девочке, говорит, живого места не было: вся в синяках, на голове застарелые шрамы, рёбра сломаны… Зато сколько было детского счастья, когда она, чистая, переодетая, с вылеченным зубом, легла спать у Кристины, на кровати с постельным бельём!
Девочка, рассказывают, смертельно боялась своих родителей. В их присутствии глаз поднять не смела. Зато с соседскими тётями наедине раскрывалась полностью. И улыбнётся, и поцелует, и к плечу прильнёт… Сильно, конечно, скучал ребёнок по материнской ласке.
     – Отдай нам Миланочку, – неоднократно обращалась семья Кристины к её матери. – Прикипели мы к ней, пусть у нас живёт, вырастим, воспитаем, тебе ведь всё равно она не нужна!

     – У меня сестра есть, – парировала Елена, – которая от пятерых детей отказалась. Если хотите, берите любого из тех. А Милану не отдам.
Сейчас Елены дома нет. Где она – никто толком не знает. Саид сидит, двое детей в кантском приюте, а сама “хозяйка”, побывав в милиции, в тот же день вернулась, сходила в гости к подружке, а с утра как в воду канула.
Елена, по словам соседей, вроде бы женщина вполне нормальная. Про таких говорят “адекватная”. Хотя, – тут же поправляются новопокровцы, – она ведь тоже неоднократно Саидом по голове битая. Так что всё может быть.
– Прибежит, бывало, ночью, – вспоминает соседка “через стенку”, – голосит: ой, что мне делать, он меня убьёт! Мы ей предлагаем милицию вызвать. Только самой, от своего имени, чтобы мы, соседи, опять крайними не оставались. Она отвечает, что, мол, боится… А утром у них опять “любовь” полным ходом.
Из-за своей “любви” Саид и Елена иной раз просто не замечали, что Милана не ночевала дома. На следующий день её, отмытую и накормленную, приводила какая-нибудь соседка. Ругала родителей, в ответ выслушивала пожелание не лезть не в своё дело. И с тяжёлым сердцем оставляла разом замыкавшуюся девочку “адекватной” матери…
Теперь Милана в морге. А соседки обсуждают, какое платьице ей купить, чтобы хоть в гробу малышка нарядной лежала. По скольку сомов сброситься на этот самый гроб, на могилу, на поминки и всё прочее. Хоть проводить её, бедную, в последний путь по-человечески!
Елена, впрочем, обмолвилась, что похоронами дочери будет заниматься самостоятельно. Что есть, дескать, у неё родственники, готовые оказать для этого материальную поддержку… Против этого соседки тоже не возражают: пусть хоть напоследок НАСТОЯЩЕЙ матерью побудет. И пусть Миланочка – хотя бы после смерти – на несколько мгновений ощутит материнскую заботу.

Ольга НОВГОРОДЦЕВА

P.S. По официальной же версии судмедэкспертов, Милана умерла… от истощения.

Оставьте комментарий