Главное:
Новая фамилия – новая жизнь? (Ноябрь 20, 2018 1:45 пп)
Либо зарплата, либо пенсия (Ноябрь 16, 2018 4:59 пп)
Америка на войны не скупится (Ноябрь 16, 2018 10:10 дп)
Послы-бездельники? (Ноябрь 16, 2018 10:04 дп)

КЫРГЫЗЫ И КЫРГЫЗСТАН ГЛАЗАМИ ВОЛОНТЁРОВ ИЗ США

04.07.2014
Просмотров: 47

В прошлом номере газеты мы рассказали о Корпусе мира США – одном из самых, пожалуй, хитроумных инструментов американского влияния за рубежом. Начиная с 1993 года через Кыргызстан прошло более тысячи волонтёров этой правительственной американской организации, созданной ещё 53 года назад.

В отличие от НПО (которые, в сущности, всегда на виду и к которым приковано пристальное внимание и властей, и общественности Кыргызстана) у волонтёров Корпуса мира США есть существенное преимущество. Они имеют возможность проникать в самую гущу народа, живя по 2 года в кыргызской глубинке. И практически полностью раствориться среди местного населения…

Большая часть волонтёров, по всей видимости, занимаются тем, чем в соответствии со своей официальной миссией и должны заниматься – обучают сельских детишек английскому языку, учат население, образно говоря, “мыть руки” и зарабатывать на жизнь. Но вот другая их часть – есть такое подозрение – шпионит и ведёт подрывную деятельность, обрабатывая (в нужном Штатам направлении) населению мозги. По этой причине, напомним, Корпус мира США был изгнан из ряда стран, включая Россию.

Речь, впрочем, сейчас пойдёт о другом. Поднятая нами тема получила неожиданное продолжение. В распоряжении редакции оказался любопытный материал – своего рода памятка для волонтёров Корпуса мира США, которым предстоит работать в Кыргызстане.

“Взгляд на культуру Кыргызстана” – так называется эта брошюра, выпущенная в 2007 году. В ней собраны наблюдения волонтёров Корпуса мира США, в разное время работавших в Кыргызстане. Книжка эта, что примечательно, предназначена только для американцев – её никогда не раздают техническому персоналу из числа кыргызстанцев, обслуживающих волонтёров.

“Это – неординарная книга о культуре, – без ложной скромности пишут о своей брошюре её издатели. – Ты должен знать, что эта книга не предназначена для обычных людей. Она должна помочь приезжающим сюда волонтёрам. Мы верим, что роль Корпуса мира в этой стране уникальна, и эта книга – об этой уникальности”.

Итак, перед вами – “уникальный” взгляд сотрудников Корпуса мира США. Так воспринимают американцы кыргызскую культуру и кыргызов. И так ориентируют своих волонтёров, объясняя, что представляет собой страна Кыргызстан, куда те приехали работать.

 

Брошюру “Взгляд на культуру Кыргызстана”, изданную Корпусом мира США для своих волонтёров, кыргызстанскому персоналу
в руки не дают.

 

Волонтёр  Корпуса  мира  США  (на  фото  –  в  центре) преподаёт  английский  язык  в  одной  из  ошских  школ.

 

Скажи кыргызам, что не говоришь по-русски – тебя зауважают.

Начнём, говорится в вышеозначенной брошюре, с нескольких фактов из нашего опыта в Кыргызстане.

1. Если ты белый волонтёр,  от тебя будут ожидать, что ты говоришь на русском языке. Скажи кыргызам, что не разговариваешь на русском, и получишь уважение с их стороны. А если ты волонтёр, разговаривающий на русском, то они захотят узнать, откуда ты.

2. Если ты азиат, просто скажи, что ты кыргыз. Никто не поверит, что ты американец. Чем лучше ты выучишь местный язык, тем легче тебе будет ездить на такси или в маршрутке и платить по тем же ставкам, что и местные жители.

3. Если ты не азиат и не белый, то готовься к тому, что будешь выделяться. Быть чёрным в этой стране, возможно, окажется тяжело – ведь ты можешь оказаться первым “цветным”, которого видят местные жители.

Не важно, какой ты расы, просто будь готов к тому, что ты будешь выделяться. Большинство иностранцев здесь воспринимают как туристов. И их бесконечно будут донимать вопросами о том, с какими намерениями они приехали сюда. Люди будут видеть в тебе человека, от которого можно получить что-то полезное. Для некоторых ты будешь “шкатулкой” с ответами на миллионы вопросов об Америке (“А у вас в Америке трава есть?”). Для других ты будешь ходячим “долларом” – от тебя будут ждать подарков. Будь готов к тому, что ты станешь лучшим другом для многих незнакомцев.

То, что ты выделяешься своим внешним видом и языком общения, будет очень сильно напрягать тебя. Ты будешь осмеян, когда будешь говорить, а особенно, когда скажешь что-то совсем неправильно. Смейся над этим сам или просто не бери это в голову.

Смейся над всем – и тебя полюбят.

В сёлах мужчинам-волонтёрам следует быстро останавливаться на улице, чтобы поздороваться с каждым мужчиной, который проходит мимо него. Если не хочешь получить недоброжелательные взгляды со стороны местных жителей, то здоровайся со всеми. Скажи: “Привет!”, пожми руки, спроси, как у них дела, и дай понять, что ты спешишь (помни, ты – американец, а американцы всегда спешат). Женщины могут не так часто здороваться со всеми, так как это нормально в этом регионе.

Будет сложно находить общий язык с людьми, с которыми у тебя мало что общего. Если ты можешь найти причины, чтобы смеяться, то смейся (смейся над собой, над всем в этом мире и даже над культурой кыргызов) – и ты получишь доверие и открытость от всего кыргызского народа. Улыбнись им и покажи им, что ты хочешь с ними разговаривать, и они полюбят тебя.

Конечно же, не все взаимодействия будут просты. Взаимодействия будут и с невежливым народом, с пьяными мужчинами или с сумасшедшими детьми. Иногда, когда пьяный мужчина подходит к тебе очень близко, ты должен дать ему понять, что ты не тот человек, к которому можно подойти близко. Иногда и игнорирование является очень хорошим способом избежать плохих ситуаций. Это всё – смешная кыргызская жизнь, перешагни через это.

Потрясённый сын: “У барана были мать и отец”.

Каждая семья в селе держит овец, коров и лошадей. Любое из этих животных может быть зарезано для жертвоприношения или для гостей в зависимости от случая. Если зарежешь барана для гостей, это будет нормальным уважением к ним. А если ты этого не сделаешь, то это будет позором. Для больших мероприятий, таких как жертвоприношение или похороны, будут зарезаны большие животные, такие как корова, лошадь. Какое бы животное ни было зарезано, большая часть мяса будет сварена и подана гостям большим куском, называемым “жилик”. Каждая кость имеет название и подаётся по авторитету людей, сидящих в комнате.

“Вы делаете всё неправильно в Америке”, – сказал отец. (Многих волонтёров направляют жить в кыргызские семьи, где отец и мать считаются их приёмными родителями, а дети – братьями и сёстрами. – Примеч. ред.). Он сказал это после того как я отреагировал на его вопрос: “Как вы режете животных в Америке?”. Я рассказал ему, что, если нам надо, то мясо приходит к нам готовое. Я рассказал ему это, используя больше жесты, чем слова, и я уверен, что он понял меня. Мой брат также помог мне немного. Ему показалось, что он очень хорошо понял меня с моей пантомимой.

У отца в руках был нож. Он точил его уже минут 20 о камни, которые были собраны на речке. “Гладкие камни с речки лучше всего подходят для оттачивания ножей”, – сказал он. Всё было готово: подставка для шеи барана и посуда для крови. Мы ждали только самого главного момента.

Привели барана, который был живой и здоровый, у которого были мать и отец. И его зарезали в тот момент, когда они жевали траву на солнышке. Было ужасно.

Я смотрел на отца. В его глазах не было эмоций. Он не был разгневан на своего заграничного сына. Нет, он держал себя в руках. Ночью он будет есть мясо животного, у которого отнял жизнь.

“С именем Аллаха, – сказал мой отец на арабском, – аминь”. И нож прошёл по шее барана…

 

Самым  большим  потрясением для  американцев  (чьё  правительство  развязывает  кровопролитные  войны  по  всему миру)  
в  Кыргызстане  становится…  процедура  умерщвления  барана.

 

Праздники, похороны и жертвоприношения.

Не имеет значения, будет ли это свадьба, день рождения или рождение ребёнка, всегда найдутся причины, чтобы праздновать. Празднование всегда включает в себя огромное количество еды, водки, музыки и танцев. Это может показаться смешным для волонтёров Корпуса мира.

Люди, особенно мужчины, могут выпивать очень много водки. Говорят тосты и сразу же после каждого тоста выпивают. Чем больше алкоголя на праздниках, тем больше проблем. Будут давить на тебя, чтобы ты выпил. Люди в Кыргызстане очень хорошо переносят алкоголь, так как есть многогодовая практика. Будет очень много давления на тебя, чтобы ты выпивал через каждый тост.

Самое безопасное, чтобы не пить много, – это вообще не начинать пить. Называй разные причины (ты болеешь, у тебя лечение и т.д.), но запомни: будет очень сложно остановиться пить.

Тост – это очень значимая часть любого кыргызского празднования. Каждый говорит очень долгий тост, так как, чем длиннее тост, тем лучше. Говорить тост – то же, что и говорить речь для большой аудитории. Многие гордятся тем, что говорят длинный тост.

Кыргызы любят заботиться о гостях и делиться всем, что у них есть. Это правда, что большое влияние того, что кыргызы пьют водку, пошло от русских. Но это не означает, что кыргызы вообще жили без этого. Ты можешь пить или не пить, но кыргызы будут настаивать, чтобы ты выпил на празднике. Это не потому, что они все пьяны, это потому, что они хотят, чтобы ты был пьян с ними. Водка – это соединение двух культур и элемент заботы о гостях.

Сейчас нормально видеть кыргыза с утра пьяным. Большое количество выпивки является проблемой здесь, но не все являются алкоголиками. На кыргызских праздниках всегда очень много выпивки, будь осторожнее и не пей, и ты сможешь насладиться сам собой на празднике.

Если ты не хочешь пить, то настаивай, что не хочешь пить. У тебя всегда есть козырь: ты – американец. Будет хорошо, если ты найдёшь двух симпатизирующих тебе людей (лучше, если это будут женщины) – с их помощью ты сможешь избежать выпивки. Но никогда не отказывайся от тоста.
Если ты хочешь выпить, будь ближе к женщинам на вечеринке. Многие женщины здесь знают технику того, как не пить после каждого тоста и в конце только выпить залпом. Пить понемногу – проще простого. Ты  можешь и не пить всё залпом (ты американец, и это твой самый главный козырь). Будь мудр, и сможешь отлично повеселиться и потанцевать на кыргызской вечеринке.

На похоронах: “Не уверена, что слёзы были реальные”.

Мы должны были пойти на похороны матери одного из волонтёров (приёмной матери. – Примеч. ред.), которая умерла два дня назад. Ей было 56 лет, и у неё было 8 детей. Они установили юрту во дворе, где лежало тело, и несколько женщин сидели возле неё. Когда мы пришли туда, нас усадили в одну комнату пить чай и есть боорсоки. В каждой комнате были накрыты столы, куда приходили гости. После чашки чая и масла с боорсоками мы вышли на улицу и стояли около юрты. После чего мы присели в то время, как имам читал Коран. Затем мы сказали: “Омин” – и тело, обёрнутое в красное, вынесли из юрты. Все мужчины (на двух грузовиках, автобусе, маршрутке и 8 машинах) поехали хоронить тело.

Это был самый печальный момент. Все женщины стали плакать, некоторые просто для вида, но члены семьи, особенно дочки, оплакивали умершую честно. Одна девочка была в истерике, что заставило плакать и меня. Большинство женщин обмывали свои лица водой, я не была уверена в том, что это были реальные слёзы.

Потом нас проводили в другой дом, где был накрыт стол и подан бешбармак. Это была баранина в большой посуде, поданная в виде плова. И кишки. Это был очень сложный момент, ведь мы не едим жирное.

Затем мы все стояли вокруг и ждали возвращения мужчин. Конечно же, они вернулись, в том числе сыновья и муж умершей, которые шли с опущенной головой. Потом мы присели для другого (более длительного) чтения Корана. Некоторые взрослые женщины и мужчины не смогли досидеть до конца на корточках. Когда молитва закончилась, мы ушли. Я предполагаю, что люди продолжали есть и плакать весь день.

Особенности национальной езды.

В этой стране несколько популярных видов транспорта. Куда бы ты ни захотел поехать – в районный центр, с юга на север страны, – у тебя будет выбор всегда в зависимости от скорости, безопасности и цены. Тут существуют следующие виды транспорта: автобус, микроавтобус (маршрутка), такси, самолёты, байки и тележки.

Автобус является самым дешёвым средством передвижения по всему Кыргызстану, а также стоит в два раза дешевле, чем такси. Автобусы являются самыми медленными средствами передвижения (хотя тележка с ослом, конечно, намного медленнее). Безопаснее ездить на автобусе, так как скорость приемлема, но некоторые автобусы настолько старые, что боишься того, что они сломаются в один момент, что и случается часто. И наконец, автобусы всегда полны людьми, если у тебя клаустрофобия, то это не для тебя.

Маршрутка – это самый популярный вид транспорта, она вмещает 15 человек, но ехать там будут 37 человек. Маршрутка – дешёвое средство передвижения и намного быстрее, чем автобусы. Маршрутки новее, чем автобусы, и кажется, что на них ездить безопаснее. Но если водитель переполнит салон, то это –  самый неудобный вид транспорта.

Маршрутка – это маленький автобус. Суть в том, чтобы проскользнуть и попасть туда, как это возможно. Места нужно уступать бабушкам и дедушкам. Не за что держаться, если ты стоишь? Нет проблем, в маршрутке столько людей, и вы будете настолько соприкасаться, что в “держателе” нет нужды. Когда ты просишь водителя остановить там, где тебе надо, он может остановить там, где ему удобно, и ты прогуляешься около 5 минут до своего места назначения.

Такси является одним из главных видов заработка для большинства кыргызских мужчин. Если у них перерыв, то они могут потаксовать. Фактически каждая машина на дорогах в определённое время является такси. Многие водители посадят тебя к себе, если ты поднимешь руку на дороге, так как горючее является дорогим и им надо заправляться. Хоть таксисты самые быстрые, но всё зависит от того, “с какой ноги они встали”. Также будь бдительным насчёт цены, потому что таксисты хотят получить побольше денег от иностранцев, особенно от американцев.

Самолёт. Используется только тогда, когда ты хочешь попасть с севера на юг или наоборот. Аэропорты есть только в Бишкеке, Оше и Джалал-Абаде. Это самый быстрый способ передвижения и самый дорогой (4000 сомов). И это может быть страшно. Страшно потому, что здесь очень мало самолётов, которые летают очень медленно в стране с высокими горами. Когда стюардессы просят тебя закрыть окно или дверь (хотите верьте, хотите – нет, но именно так написано в американской брошюре. – Примеч. ред.), или когда ты видишь, как пилот курит с открытым окном – всё это может заставить тебя нервничать.

Байк – очень удобное средство передвижения в селе, но собаки ненавидят байки (мотоциклы. – Примеч. ред.). Ты должен быстро ускользнуть от них, чтобы они тебя не укусили.

Цены очень разнообразны в стране, в зависимости от того, где ты живёшь. Дешевле передвигаться на большую дистанцию в селе, чем в городе, так как в городе ты заплатишь много за маленькую дистанцию. Первое правило – узнать цену. Таксисты могут тебя обмануть, так как могут подумать, что ты турист. Чтобы избежать этого, попроси помощи у своей семьи.

Этикет во время езды. Главные правила во время езды очень эксклюзивны в маршрутке или автобусе. Потому что в автобусе 50 человек, а сидений – 23, некоторые люди стоят. Но кто же будет уступать? По кыргызскому этикету люди должны уступать места старикам, беременным женщинам и женщинам с детьми.

Другие плохие стороны езды в автобусе или маршрутке заключаются в прикосновении и несоблюдении личного пространства. Конечно же, у тебя не будет личного пространства, и люди будут касаться тебя, особенно если ты живёшь в селе, где нет больше транспорта, кроме автобуса.

Образ жизни волонтёра: город против села.

Когда  я решила, что поеду волонтёром, я сказала своему программному  менеджеру, что хочу жить в  маленьком селе, где смогу выучить  хорошо местный язык и русский. Я думала, что в маленьком селе у меня во дворе всегда будет много фруктов. Между селом и городом есть большая разница. Я была уверена, что в городе я потеряюсь и никто не позаботится об этом. Жить в селе, я думала, безопаснее. Я получила известие о том, что в селе, куда меня направят, живут 1000 человек, 400 из которых будут моими учениками.  

Жизнь в селе…

Культурный шок случился, когда я приехала на своё постоянное место жительства. Село было маленьким, все были знакомы друг с другом. Мои “братья и сестры” были для других кузинами, тётями и т.д. Я предположила, что люди были связаны друг с другом по крови или кто-то на ком-то был женат.

Но когда я заболела, никто  и не поинтересовался этим. Пришёл только мой директор.

Было ещё сложнее приучить детей. Они не были заинтересованы в изучении английского, я хотела их заинтересовать, но они говорили, что это пустая трата времени и после окончания школы они будут работать на полях. “Я приехала из Америки, чтобы учить вас! Как вы думаете, зачем я тут?” – я уже не мотивировала их, а просто говорила то, что есть. Амбициозные ученики заинтересовались, что помогло мне сфокусироваться во время уроков.
Моя приёмная семья была великолепной. Она всегда меня поддерживала. “Сестрёнка” была моей самой лучшей ученицей. Я могла задавать приёмной матери такие вопросы как: “Что вы думаете насчёт секса?”, “Вы хотели бы тоже ходить в мечеть?”, “Делают ли тут аборты?” и т.д.

В большом городе…..

Я переехала в большой город после того, как прожила 4 года в селе. Я помню, как почувствовала эту разницу. Конечно же, я думала, что будет больше цивилизации, ученики будут более заинтересованы и будет легче встречаться с друзьями.

Я посещала этот город, когда жила ещё в селе, приезжая купить овощей один раз в неделю. И я наслаждалась, ощущая себя никому не знакомой хотя бы на день. Вместо того чтобы задавать мне вопросы на кыргызском языке, люди задавали мне вопросы на русском. Что вызывало ещё больше вопросов, таких как: “Ты похожа на русскую, почему ты не разговариваешь на русском?” и “Почему ты не изучаешь русский тоже?”.

Ученики в моей школе были более или менее заинтересованы в изучении английского, потому что это была школа-гимназия, где ученики должны были всё время учиться. Но случалось и такое, что ученики не учили уроки. Мальчики бездельничали, а девочки “летали в облаках”. Дети всегда останутся детьми, где бы то ни было.

Похоже, мне было сложно подружиться с женщинами своего возраста, потому что хорошие кыргызские женщины сидят дома. Но я подружилась с несколькими ребятами.

Жить одному в маленьком селе очень сложно. Старые или разведённые люди живут со своими детьми или внуками. Содержать всё хозяйство очень сложно одному. Если женщина живёт одна, то все мужчины будут судачить о ней… И каждый будет рассказывать, что занимался с ней сексом.

Жить в квартире.

Все квартиры являются типичными советскими квартирами. Вы можете увидеть такие же квартиры в Москве и Петербурге. Многие из них были построены в 60-70-х годах прошлого столетия, и они не шикарны.

Система обслуживания квартир тоже советская. Система отопления, газ, вода и свет относятся к правительству. Некоторые дома относятся к кондоминиумам, куда надо платить каждый месяц, и администрация выполняет всё за тебя. Система по вывозу мусора – одна из самых  больших проблем. Бывает, кто-нибудь из рабочих приходит и просто сжигает мусор.

Счета очень заморачивают. Живя в квартире, ты должен платить за воду, газ, телефон и мусор. Также ты должен платить за почту, если ты ею пользуешься. Счета за свет самые странные: кто-то оставляет маленькую бумажку около твоей двери каждый месяц. Иногда они стучатся и дают тебе бумагу персонально. Иногда ты находишь эту бумагу около мусора на ступеньках недели через две. Это не имеет значения, так как они могут прибавить за предыдущий месяц и принести счёт за 2 месяца.

Одинокая азиатка.

“Как эта девушка не может быть кыргызкой?” – звучат  вопросы. Я думаю, что многие кыргызы шокированы мною. Я выгляжу как кыргызка, и поэтому многие подходят ко мне и заговаривают на русском и кыргызском, когда я сижу в окружении других волонтёров. “Как человек, который похож на кыргыза, не может разговаривать на русском или кыргызском?” – начинают они беситься из-за того, что я их игнорирую. И очень удивляются, когда узнают, что я американка.

Быть похожей на кыргызку – это имеет и хорошие, и плохие стороны. Хорошая сторона в том, что на тебя не смотрят как на скульптуру. Кыргызы не различаются по внешнему виду. У одних широкие лица, большие глаза, тёмная кожа и чёрные волосы. У других тонкие лица, узкие глаза, светлая кожа и светло-коричневые волосы. Мало людей, у которых кучерявые волосы.

 И это было очень хорошо для меня как для азиатки-американки, живущей на юге Кыргызстана. Другие волонтёры старались быть похожими на кыргызов, но всё же выделялись. Цены на еду и такси для них были выше. Мой внешний вид помог мне избежать многих неудобств. Я могла спросить цены продуктов на базаре, ориентиры города. Люди думали, что я переводчик или гид, или даже турчанка, которая приехала в Кыргызстан.

Теперь о плохих сторонах того, что меня оценивали как женщину-кыргызку. Что она о себе возомнила? Почему она смело смотрит на мужчин в общественном месте? Почему она пьёт пиво с мужчинами-американцами? В конце концов, я – женщина, похожая на кыргызку, которой уже надо замуж. У меня ДОЛЖЕН быть муж. В большинстве случаев взрослые женщины сажали возле меня своих сыновей или сыновей своих соседей. Мужчины спокойно смотрят на тебя до тех пор, пока не выпьют первую рюмку водки.

Я посетила свадьбу, где многие мужчины-кыргызы уделяли мне внимание. Я всё время говорила, что танцевать не умею, но это ничего не значило для них. Когда мы фотографировались, они обнимали меня как будто я их подруга. Во время танцев они задавали вопросы: “Как можно поехать в Америку без визы?”, “Много ли работы в Америке?”, “Если я получу визу и накоплю денег, можешь ли ты встретить меня?”, “Сколько зарабатывают в Америке строители, таксисты, учителя?”, “Если ты выйдешь замуж за кыргыза, может ли он с тобой поехать в Америку?”. И на полном серьёзе: “Выходи за меня замуж!”. Когда таксисты спрашивали о моём возрасте, я говорила, что мне больше 26 лет и я стара для них.

Женщины в Кыргызстане.

Когда я ответила молодому человеку, что мне приятно,  что он считает меня красивой, – в его глазах я прочла, что он хочет взаимности. Я не сказала ему ничего и ушла с высоко поднятой головой, что шокировало 17-летнюю девушку, которая стояла и смотрела на нас издали.

Я – 30-летняя одинокая женщина, живущая в Оше. Не было дня, чтобы мужчины не показывали своими ужасными жестами своё отношение ко мне. Вначале, как меня учили в Корпусе мира, я всё игнорировала. Но с каждым днём игнорировать это становилось всё сложнее. Однажды один парень ужасными жестами пытался прикоснуться ко мне, я повернулась и сказала, чтобы он меня покинул и что я никогда не выйду замуж за такого, как он. Сказала, что женщине не нужен мужчина, чтобы быть счастливой. Он не пытался сказать что-нибудь в ответ, он выглядел подавленно и просто стоял и смотрел на меня. Но это было не только его лицо, это были и лица других мужчин, стоявших рядом. В этот день я поняла, что они не сказали мне ничего только потому, что я была иностранкой. И что местные девушки не смогут им ответить.

Я давала понять всем, что меня, как женщину, никто не имеет права обижать. Было много моментов, когда мужчины-кыргызы обижали женщин, что приводило меня в бешенство. Я понимала, что мои действия повлияли на женщин и мужчин в кыргызском обществе.

Одноклассники.

Кыргызские взгляды на отношения с одноклассниками отличаются от американских. Здесь в большинстве школ одна группа учеников учится с 1-го по 11-й класс. Эти 11 лет включают в себя долгие дни с уборками, со сдачей экзаменов и т.д. Одноклассники – это 25 учеников, которые растут вместе с младшей до старшей школы.

Для американцев одноклассником может быть любой ученик из школы. Одноклассниками в Америке могут быть от 60 до 70 учеников, что больше 25 кыргызских одноклассников.

Но в Кыргызстане как-то необычно слышать от 40-50- летних мужчин и женщин, как тепло они рассказывают о своих одноклассниках – как будто учатся вместе до сих пор. Одноклассники в Кыргызстане – как семья. Одноклассники являются здесь самыми первыми друзьями для человека.

Время в Кыргызстане – понятие относительное.

По-настоящему главное в жизни кыргызстанцев – наслаждение человеческим общением, а не привязанность к своим часам и расписанию. Существует всегда достаточно времени, чтобы сделать то, что действительно имеет значение, и люди всегда выкроят время друг для друга. Непредвиденные вещи случаются всё время – такова жизнь. Расписание в школах часто меняется из-за участия детей в работах на полях и на уборке… Если местный человек говорит: “Я вернусь через некоторое время”, – это может длиться и 2 минуты, и 5 минут, и полчаса.

Такие истории случаются в любой области Кыргызстана, где волонтёры Корпуса мира США постоянно сталкиваются с  пропущенными встречами и невыполненными планами.

Кыргызский народ любит свою семью и страну, но многие кыргызы любят тратить своё время впустую. Лучшим сравнением будут хоббиты из Средиземья из классических серий Толкиена (персонажи известной эпопеи “Властелин колец”. – Примеч. ред.). Встречи могут длиться часами, что является пустой тратой времени. Можно сделать более полезные дела, но надо помнить: этот  менталитет уже давно укоренился в образе жизни кыргызов. Но попытайся их спровоцировать – и они будут готовы к действию в считанные минуты. Кыргызы не ленивые, как может казаться многим волонтёрам Корпуса мира. У них просто другие взгляды на жизнь.

Нищие дети.

Они появляются ниоткуда. Они хватают тебя и смотрят на тебя оленьими глазами. Они заставят тебя рыдать, рассказывая свои истории про отсутствие у них родителей и жилья. Держись подальше  от их протянутых рук, не верь их вранью и, главное, НЕ ДАВАЙ ИМ ДЕНЕГ!!! Пара из детей может действительно оказаться бездомными, но у большинства из них есть дома и родители. Их проблема в том, что их родители специально одевают их плохо и выводят на улицу. И эти дети тоже обучены быть беспощадными.

Ключ к тому, чтобы отцепиться от этих юнцов – эффективные командные кыргызские слова. Такие слова как “Жок!” (“Нет!”) и  “Кет!” (“Отстань!”) работают достаточно хорошо, чтобы позволить им понять, что они не будут получать любой из ваших заработанных долларов. Не поддавайтесь, и вы не будете испытывать нехватку денег.

 

Так  видят  кыргызскую  жизнь  и  кыргызскую
 культуру  волонтёры  из  США.

 

Сен адаштын (Ты не туда попал).

Будучи волонтёром  в Кыргызстане, ты, без сомнения, захочешь купить сотовый телефон. И столкнёшься с тем, что телефон будет звонить непрерывно. Это происходит потому, что в Кыргызстане люди постоянно покупают себе новые телефоны и новые номера. Самый простой способ отделаться от этих людей – произнести фразу “Сен адаштын”, что означает “Ты не туда попал”. Помню, у меня было много неприятностей со случайными людьми, которые  звонили на мой телефон в течение 3 месяцев, пока я не спросила мою семью, что делать. Услышав эту фразу, я опробовала её – и звонивший сразу извинился и положил трубку. После того, как я эту фразу выучила, случайные звонки ко мне сократились более чем наполовину. Настоятельно рекомендую потратить пять минут своего времени, чтобы тоже запомнить эту фразу.

Туристка.

Я разговаривала с “братом” (местным, “приёмным”. – Ред.) о своей боязни таксистов. Меня раздражало, что когда они видели американца (или иностранца), то всегда назначали цену выше. Я рассказала, как была разочарована таксистом в Бишкеке и как сказала ему: “Я не туристка. Я живу здесь!”

Мой “брат” сказал: “Но ты – туристка”.

Я не согласилась с ним и упрямо повторила: “Нет, я не туристка. Я волонтёр, я живу здесь, я не просто прохожий!”.

“Брат” снова не согласился со мной: да, сейчас я здесь, но скоро буду в Америке. И если что-то случится плохое здесь, то я могу покинуть эту страну и уехать. Эти слова отрезвили меня – он был прав. Это не умаляет того, что я тут делаю или пытаюсь делать, но это заставило меня реальнее воспринимать действительность.

Перевод с английского.
Публикуется в сокращении.

От редакции “Дело №…”: странное ощущение оставляют эти “уникальные” наблюдения, не правда ли? Почему-то кыргызская КУЛЬТУРА в восприятии волонтёров Корпуса мира США и их наставников сводится к варварским, по их мнению, способам умерщвления животных, к шумным тоям, где водка льётся рекой, алчным таксистам, агрессивным детям-попрошайкам и похотливым мужикам, повсюду охотящимся за хорошенькими волонтёрками.

Словом, на взгляд американских волонтёров, приехали они в дикую страну, которую им – носителям “высокой американской культуры” – цивилизовывать и цивилизовывать…

Жаль, что не увидели ничего хорошего в жизни кыргызов и Кыргызстана.

С другой стороны, и в наблюдательности волонтёрам Корпуса мира США не откажешь. А нам, кыргызстанцам, порой полезно взглянуть на себя со стороны – глазами иностранца. Чтобы задуматься: а правильно ли мы живём? И чтобы вспомнить простую истину: как мы относимся сами к себе, так будут относиться и к нам. Народ, имеющий собственное достоинство (а оно проявляется во всём – в том числе и в образе жизни), не даст повода всевозможным “цивилизаторам” обращаться с собой как с подопытными кроликами. Которых можно втравливать в революции, междоусобицы и войны, под шумок захватывая ресурсы страны.


Хоббит.  С  этим мифическим  народцем
из  эпопеи  “Властелин  колец”  американцы сравнивают  кыргызов.

На этой карте мира тёмно-серым цветом обозначены страны, где в разное время работал Корпус мира США, чёрным цветом – где продолжает работать сейчас. Все эти страны в Вашингтоне относят к “третьему миру”.

Обратите внимание на светлое пятнышко, очень выделяющееся на территории Центральной Азии. Это – Таджикистан, единственная страна в регионе, власти которой не согласились впускать к себе американских волонтёров. Кстати, два года назад посол США в Таджикистане Кен Гросс на пресс-конференции по поводу завершения своей миссии выразил большое сожаление, что так и не смог привести в Таджикистан активистов Корпуса мира. “Хотя Таджикистан очень нуждается в деятельности таких активистов. Это помогло бы народу Таджикистана встать на путь экономического и социального прогресса. Я надеюсь, что в будущем таджикские власти дадут “добро” на реализацию такого проекта”, – сказал тогда экс-посол.

Но  официальный Душанбе “добро” на присутствие американских агентов влияния в своём тылу пока так и не дал.

 

КСТАТИ

“ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УБИЙЦА”  ТОЖЕ  БЫЛ  ВОЛОНТЁРОМ

Известный американский писатель Джон Перкинс, автор нашумевшей книги “Исповедь экономического убийцы” (о неоколонизации стран “третьего мира” со стороны корпораций, банков и правительства США) в 1968-1970 годах работал волонтёром Корпуса мира в Эквадоре. Именно этот опыт дал Перкинсу толчок к его исследованиям “экономических убийств”.

По признанию Перкинса, в Корпус мира США он пошёл работать будучи завербованным Управлением национальной безопасности (ныне – АНБ США). Вот как он описывает в своей книге этот эпизод своей биографии: “К моему удивлению, дядя Фрэнк, занимающий высокий пост в структуре УНБ, с одобрением отнёсся к моей идее насчёт Корпуса мира. Он признался мне, что Амазонка скоро станет горячим местом. “Место напичкано нефтью, – сказал он. – Нам понадобятся там хорошие агенты – люди, умеющие общаться с местными”. Он считал, что Корпус мира станет для меня великолепной школой”.

Оставьте комментарий