Главное:
Наврали в декларациях (Ноябрь 21, 2018 9:11 дп)
Новая фамилия – новая жизнь? (Ноябрь 20, 2018 1:45 пп)
Либо зарплата, либо пенсия (Ноябрь 16, 2018 4:59 пп)

Московский “проект” Келдибекова

08.05.2014
Просмотров: 6

Об арестованном депутате Ахматбеке Келдибекове, уже почти забытом общественностью, недавно напомнили.

Вначале его земляки и сторонники, захватившие здание  госадминистрации Алайского  района, а на другой день, 10 апреля, на митинге оппозиции в  Бишкеке в  очередной  раз  потребовавшие отпустить  Келдибекова  из-под  ареста. А две недели спустя – его коллеги-депутаты.

     24 апреля депутатская комиссия во главе с депутатом Абдыжапаром Бекматовым огласила, наконец, результаты своей работы по изучению законности одного из самых скандальных келдибековских проектов.
Речь идёт о так называемом “специальном представителе по вопросам координации деятельности полномочных представителей Жогорку Кенеша в международных парламентских организациях”, должность которого была введена в бытность Келдибекова спикером кыргызского парламента.
Что скрывалось за этим длинным названием?
Когда разразился скандал, выяснилось – скрывалась целая контора.  Сотрудники которой занимались непонятно чем. Но получали при этом огромную, по кыргызским меркам, зарплату, поскольку считалось, что контора эта размещается в Москве.
А вот в уголовном деле в отношении депутата Келдибекова создание этой конторы фигурирует в качестве одного из трёх эпизодов обвинения. Генеральная прокуратура квалифицировала его по статье 304 Уголовного кодекса: “Злоупотребление должностным положением”. Причём злоупотребление это, по версии следствия, допустил лично Ахматбек Келдибеков (в бытность спикером парламента) – в интересах своих приближённых.
Это уголовное дело, к слову, уже давно могло оказаться в суде. Мог даже прозвучать и приговор – обвинительный или оправдательный. Следствие в принципе закончилось ещё в январе. Но уже пятый месяц следователи не могут предъявить Ахматбеку Келдибекову окончательное обвинение. Из-за его болезни.
Арестовали депутата-атажуртовца Келдибекова, напомним, 20 ноября 2013 года. Давать какие-либо показания он, воспользовавшись своим правом, наотрез отказался – и до сих пор, кстати, ни разу в качестве обвиняемого не допрошен. Через месяц после своего ареста Ахматбек Келдибеков добился, чтобы его из камеры СИЗО ГКНБ перевели в больничную палату. И лёг в Бишкекский национальный центр травматологии и ортопедии (4-ю горбольницу) на плановую операцию мениска. Диагноз Келдибекову поставил директор БНИЦТиО Сабыр Джумабеков (кстати, родной брат другого депутата-атажуртовца – Дастанбека Джумабекова – и бывший министр здравоохранения по квоте всё той же партии “Ата-Журт”). Он же своего пациента лично оперировал.
В СИЗО Ахматбек Келдибеков больше не возвращался. За эти четыре с лишним месяца он перенёс три хирургические операции – на коленном и локтевых суставах. Потом шло лечение по снятию воспаления, которое тоже якобы препятствовало проведению следственных действий с обвиняемым. Келдибекова то переводят в лечебницу медицинской службы ГКНБ, то возвращают обратно в 4-ю горбольницу. Его больничная эпопея затянулась, кажется, до бесконечности.
В такой вот патовой ситуации вдруг подала голос депутатская комиссия Бекматова, о существовании которой все уже и забыли. Создана она была ещё в декабре прошлого года – вскоре после ареста Ахматбека Келдибекова. И только теперь, спустя четыре месяца эта комиссия объявила: разобрались мы, дескать, наконец-то! Бывший спикер Келдибеков ни в чём не виноват! Должность спецпредставителя создана была совершенно законно.
Чего добивалась комиссия Бекматова (которая не могла не понимать, что парламент не вправе вмешиваться в деятельность прокуратуры и судов) – догадаться не трудно. Ей явно хотелось руками Жогорку Кенеша выбить почву хотя бы из-под одного эпизода обвинения Келдибекова. Но парламент лишь осторожно “принял к сведению” информацию председателя комиссии А. Бекматова, отказавшись признавать введение должности спецпредставителя законным, чего добивалась комиссия.
Что, впрочем, неудивительно. В январе 2012 года Жогорку Кенеш сам же ликвидировал это келдибековское детище. Поскольку до этого другая депутатская комиссия – во главе с депутатом Каныбеком Иманалиевым – доказала, что детище это было, так сказать, незаконнорождённым.
Итак, 29 декабря 2010 года. Идёт последнее в том году заседание Жогорку Кенеша – почему-то за закрытыми дверями. Депутаты – уже в предвкушении предновогодних хлопот… Последний вопрос повестки дня – введение должности спецпредставителя.
Впрочем, судя по сохранившейся стенограмме выступления тогдашнего спикера Ахматбека Келдибекова, вопрос он ставил несколько иначе. “Уважаемые депутаты, – взывал он к коллегам, – после перехода к парламентской форме правления мы должны повысить маленький статус нашего представительства в Межпарламентской ассамблее СНГ, увеличив его штат на 2-3 человека. Он должен представлять нас и в ЕврАзЭС, ОДКБ, Государственной Думе. Мысль такая, чтобы увеличить их маленькие полномочия. Отправлять в командировку обойдётся в два раза дороже. Поэтому, если вы разрешите, я ставлю на голосование. Если вы постановлением мне дадите такие полномочия, то я назначу. Тогда проголосуйте за это, проголосуйте! Голосовать будем по правилу поднятой руки. Кто за? Воздержался, против? Нет. Аппарат посчитает и внесёт в стенограмму. Ещё какие вопросы есть? Тогда, уважаемые депутаты, выходим на работу 10 января”.
Электронная система голосования в тот день почему-то не работала, отчего депутаты и голосовали по старинке – поднятием рук.
Кто и как на самом деле голосовал – документально не зафиксировано: счётная комиссия, которая вела бы подсчёт голосов и составила бы протокол, не была создана.
И трудно сказать, поняли ли в тот предновогодний день сами депутаты, ЗА ЧТО именно они голосовали.
Проект постановления, который депутаты приняли без всякого обсуждения, им не раздавался. Более того – это постановление ЖК стало, пожалуй, единственным за всю историю кыргызского парламента постановлением, которое готовилось без участия сотрудников аппарата Жогорку Кенеша. По крайней мере, документальных подтверждений того, что оно прошло через административный аппарат, не сохранилось.
Последствия же голосования, проведённого через пень колоду, оказались такими. Вместо того чтобы всего лишь расширить чьи-то полномочия (что обещал Келдибеков депутатам), была создана новая должность – спецпредставителя по вопросам координации деятельности полномочных представителей ЖК в международных парламентских организациях. А при нём создали целый секретариат из семи сотрудников. Хотя Межпарламентская ассамблея СНГ (о которой опять же говорил Келдибеков) заседает в городе Санкт-Петербурге, местом дислокации спецпредставителя и его секретариата выбрали город Москву.

     Соответственно и зарплату всем восьмерым сотрудникам этого, по сути, второго посольства Кыргызстана назначили “московскую”. Так, месячная зарплата самого спецпредставителя составила 2555 долларов США,  или в нацвалюте более 121 тысячи сомов. Два его эксперта-советника соответственно получали по 103 тысячи 707 сомов. Два старших консультанта – по 83 тысячи 497 сомов. Бухгалтер – более 67 тысяч сомов. Секретарь-референт – 47,5 тысячи сомов. Даже водителю спецпредставительства положили зарплату, которой позавидовали бы многие кыргызские высокопоставленные чиновники – почти 45 тысяч сомов. Итого, только месячный фонд заработной платы новоиспечённого секретариата спецпредставителя составил 468 тысяч сомов.
По версии Генпрокуратуры, это “второе посольство” Ахматбек Келдибеков создал главным образом для того, чтобы трудоустроить – за счёт госбюджета – людей из своего окружения.
И состав сотрудников в самом деле на такую мысль наводит.
Так, спецпредставителем был назначен Кубанычбек Нурматов, который накануне, на парламентских выборах 2010 года числился в списке кандидатов от партии “Ата-Журт” под №46. Что примечательно, некоторые кандидаты, которые шли по списку даже после Нурматова, потом депутатские мандаты получили. А он почему-то нет. Не специально ли – в качестве “утешительного приза” для Нурматова – была придумана должность спецпредставителя в Москве? (После ликвидации спецпредставительства Кубанычбек Нурматов, кстати, стал аудитором Счётной палаты КР.)
Одним из сотрудников секретариата спецпредставителя стала Асель Асанова, доводящаяся дочерью Тажимамату Шаболотову – заместителю управделами Жогорку Кенеша, бывшему акиму Сузакского района Джалал-Абадской области (насколько известно, хорошему знакомому А. Келдибекова).
Получил в секретариате должность и Раимкул Аттокуров, бывший посол Кыргызстана в России, потерявший этот пост после свержения Бакиевых – выходец из того же Сузакского района.
Хотя зарплаты сотрудникам секретариата спецпредставителя приравняли к зарплатам работников кыргызского посольства в Москве, их деятельность фактически проходила в Бишкеке – о чём свидетельствует оформление их табелей выхода на работу (что в своё время отметила Счётная палата КР), как и получение ими зарплаты в Бишкеке. В Москве появлялись лишь некоторые из сотрудников. А кое-кто там живёт постоянно, как, например, всё тот же Аттокуров, давно уже имеющий бизнес в Белокаменной. (Что любопытно, сейчас бывший посол Р. Аттокуров, насколько известно, постоянно сопровождает в Москве находящегося там ошского экс-мэра Мелиса Мырзакматова.)
Странной, словом, была эта организация – секретариат спецпредставителя Жогорку Кенеша. Какой-то полуподпольной…
Это “второе посольство” не имело в Москве официального офиса, оно даже не прошло аккредитацию в российском МИДе, правовой статус его сотрудников не был определён, как положено, никаким соглашением между Кыргызстаном и Россией.
Всё, что было у этой организации в Москве, так это двухкомнатная квартира площадью 60 квадратов по адресу: Ленинский проспект, дом 131. Её арендовал для своей семьи у гражданки Сары Моисеевны Хон сам спецпредставитель Кубанычбек Нурматов. Разумеется, за счёт кыргызских налогоплательщиков.

Тот самый дом №131 на Ленинском проспекте в Москве, где за счёт кыргызских налогоплательщиков снимал себе квартиру спецпредставитель К. Нурматов (на фото ниже).

 

     Плата за эту квартиру составила 65 тысяч рублей, или 2300 долларов в месяц. (Кстати, квартиры в этом доме, что нетрудно выяснить по Интернету, сдаются и за меньшие суммы – от 30 тысяч рублей.) Всего в 2011 году из госбюджета Кыргызстана было перечислено на оплату квартиры более 799 тысяч сомов, или более 17 тысяч долларов.
И даже эта аренда была, получается, какой-то левой. Как отмечала Счётная палата КР, договор аренды не был зарегистрирован ни нотариальными, ни налоговыми органами Москвы.
Всего спецпредставительство успело потратить 6 миллионов сомов из выделенных ему на 2011 год 13 млн 600 тысяч сомов. Выделенных, напомним, из кыргызского госбюджета, вечно остродефицитного.
Чем же занимались несколько месяцев восемь высокооплачиваемых сотрудников спецпредставительства, пока его не разогнал сам Жогорку Кенеш? Этот вопрос – самый интересный.
Дело в том, что никаких документальных подтверждений какой-либо работы, проведённой этой “конторой”, не имеется. В аппарат ЖК попало лишь два письма спецпредставителя К. Нурматова, и оба касались улучшения материальных условий спецпредставительства – одно, например, о выделении ему служебной автомашины. Депутатская комиссия Бекматова, попытавшаяся реабилитировать келдибековский “московский проект”, правда, недавно вытащила на свет божий отчёт спецпредставителя К. Нурматова о проделанной работе. Этот сомнительный, не зарегистрированный в аппарате ЖК документ прежде нигде не фигурировал. И есть подозрение, что сочинён он только теперь…
По-хорошему, сам депутат Ахматбек Келдибеков, если ему есть что возразить обвинителям, должен быть заинтересован в том, чтобы быстрее предстать перед судом. Но, честно говоря, уже не верится, что судебный процесс когда-нибудь начнётся.
В последнее время следователи Генпрокуратуры приходят к Келдибекову уже ежедневно, пытаясь предъявить ему окончательное обвинение. И всякий раз эти попытки срываются – высокопоставленный пациент-арестант отказывается участвовать в следственных действиях под тем предлогом, что находится под воздействием обезболивающих препаратов.
Кстати, осенью этого года уже истекает срок давности по одному из инкриминируемых Ахматбеку Келдибекову эпизодов – по коррупции в его бытность главой Социального фонда в 2004-2005 годах, связанной с выплатой Соцфондом частной фирме “Ротак-Бишкек” более 21 миллиона сомов.

Артур ИСАЕВ

Оставьте комментарий