Главное:

“Гасите их!” – приказал генерал милиции…

20.09.2012
Просмотров: 4

На “садыркуловском” судебном процессе оглашены показания с подробностями убийства Медета Садыркулова, Сергея Слепченко и Кубата Сулайманова. От которых идёт мороз по коже…

  И от  которых ключевые подсудимые теперь отказываются.

13 сентября в Кеминском районе Чуйской области хоронили 85-летнего Чокана Садыркулова – отца Медета Садыркулова. Он так и не дождался финала судебного процесса по уголовному делу об убийстве своего сына. Трагедия подкосила здоровье аксакала – после страшной гибели Медета Садыркулова он перенёс инсульт.
А в Бишкеке в тот день состоялось очередное заседание Военного суда, рассматривающего это жесточайшее по своему цинизму и гнусности уголовное дело… Свои соболезнования потерпевшим – в лице их представителя, адвоката Леонида Лужанского – выразили и прокуроры, и адвокаты, и даже подсудимые. Но откладывать заседание председательствующий Марлен Тентемишев не стал, хотя об этом ходатайствовал адвокат Лужанский: некоторые из родственников Садыркулова хотели бы присутствовать на судебном процессе.
Незадолго до этого один из родственников – родной брат покойного руководителя администрации президента Болотхан Садыркулов – появился на судебном процессе и был допрошен в качестве свидетеля. Допрошен впервые – после гибели брата он никаких показаний нигде не давал, потому что, по его словам, никому тогда не верил. На то были причины…
В тот роковой день, 13 марта 2009 года, когда в окрестностях Бишкека был обнаружен сгоревший “Лексус”, Болотхан Садыркулов приехал в морг на опознание обгоревших останков человеческих тел. Там же, по его словам, появился тогдашний министр здравоохранения Марат Мамбетов. “Я зашёл за ним следом, – рассказал в суде Болотхан Садыркулов. – Министр думал, что я один из экспертов, а те в свою очередь приняли меня за помощника министра. Мамбетов сказал им дословно следующее: “Попробуйте что-нибудь найти – вас затаскают”. Было ясно, что получено задание сверху”, – заключил свидетель.
Число “13”, как мы однажды отмечали, играло особую, прямо-таки мистическую роль в жизни и смерти Медета Садыркулова. В минувший четверг, 13 сентября, на судебном процессе был допрошен последний из подсудимых – Марат Турдукулов, бывший начальник отдела охраны высокопоставленных лиц Службы госохраны.

Он подсудимый, можно сказать, ключевой. По версии обвинения, Турдукулов был в числе организаторов преступной группы, совершившей похищение и убийство Садыркулова и его спутников. И одним из тех, кто непосредственно участвовал в тройном убийстве на даче тогдашнего управляющего делами президента Курманбека Темирбаева в пригородном селе Кок-Жар. Кто своими глазами видел, как расправа происходила.
К финалу судебного процесса расклад обозначился такой.
Трое подсудимых, в отношении которых суд уголовное дело прекратил в связи с истечением срока давности и амнистией, освободив их из-под стражи, теперь на судебных заседаниях даже не появляются. То ли потому, что испытывают к этому действу непереносимую аллергию… То ли оттого, что не хотят видеться с недавними подельниками даже сквозь решётку скамьи подсудимых, которая теперь их разделяет.
Двое из этой троицы – бывший водитель Жаныша Бакиева Алтынбек Амракулов и бывший телохранитель председателя СГО Абдыкалык Джапаров – в суде подтвердили свои показания, данные на предварительном следствии. О том, что в ночь на 13 марта 2009 года Жаныш Бакиев (которого они сопровождали) приезжал на темирбаевскую дачу в селе Кок-Жар. После чего ездил к месту, где было инсценировано ДТП, в котором якобы погиб Садыркулов и его спутники. А затем навещал особняк своего племянника Максима Бакиева на проспекте Жибек Жолу. Самой расправы водитель и телохранитель не видели – во двор дачи их не пустили сослуживцы. Но, по их показаниям, слышали шум драки и крики о помощи.
Среди семи обвиняемых, оставшихся на скамье подсудимых, есть трое, которые, по версии следствия, в момент убийства находились ПО ТУ СТОРОНУ забора – в самом эпицентре трагедии. Один их них – Марат Турдукулов.
Коренной бишекчанин, он, получив в Чуйском госуниверситете специальность “правоведение”, два года работал в спецназе МВД, после чего перешёл в секретное оперативное подразделение, затем – в уголовный розыск ГУВД Бишкека. Оттуда попал в Службу госохраны. В 2007 году Жаныш Бакиев позвал его работать в свой фонд “Безопасность и правопорядок”. Там Турдукулов, по его словам, и познакомился с двумя жанышевскими приближёнными, ныне находящимися в розыске – Тахиром Рысалиевым, сокурсником Жаныша Бакиева по Карагандинской школе милиции, и Рустамом Сайдуевым. “Никакого криминала, работая там, я не замечал”, – сказал он в суде.
В 2008 году, когда Жаныш Бакиев стал председателем СГО, в эту службу вернулся и Марат Турдукулов – на солидную должность начальника отдела. Впрочем, свою особую приближённость к бывшему шефу он сейчас категорически отрицает.
– Я был исполнительным сотрудником, но лишь в служебном плане, – сказал Турдукулов в суде. – Близких отношений с Жанышем Бакиевым у меня не было и быть не могло – и по субординации, и по возрасту. По долгу службы я встречался со всеми высокопоставленными лицами, помогал встречать гостей – и из ближнего зарубежья, и из дальнего. Встречи происходили не только на территории базы СГО, но и за городом…
Приходилось Турдукулову, по его словам, бывать и на темирбаевской даче в селе Кок-Жар – Жаныш Бакиев, судя по всему, использовал её очень активно. “Там отмечались юбилеи, проходили торжества, разные мероприятия, – рассказал подсудимый Турдукулов. – Там была неформальная обстановка, люди отдыхали”.
Выходит, не только отдыхали, но и… убивали? Ан нет… В суде Марат Турдукулов категорично заявил: в ночь на 13 марта 2009 года на даче его не было. В похищении и убийстве Садыркулова и его спутников он не участвовал. И ничего об этом преступлении не слышал.
Между тем Марат Турдукулов был одним из первых фигурантов этого уголовного дела, которых задержала милиция. Это произошло за год до его допроса в суде – 12 сентября 2011 года. Имена некоторых других фигурантов, говорят в МВД, следствие впервые услышало именно от Турдукулова. Но у подсудимого Турдукулова  сейчас  своя версия появления на свет этих его показаний.
– В восьмом часу вечера я вышел в магазин, – вспоминает день своего задержания Марат Турдукулов. – В подъезде какой-то парень спросил номер нашего дома. Пока я ему отвечал, подъехала иномарка, из неё выскочили люди в камуфляжной форме и масках. Тот парень начал крутить мне руки. Меня запихали в машину и повезли. По дороге я пытался спросить, кто они и куда меня везут, но ответа не получил. Это, считаю, было обыкновенное похищение…
Рассказ о дальнейших “приключениях” занял у подсудимого Турдукулова не меньше получаса. В ГУБОПиК МВД, куда его привезли, Турдукулову, по его словам, оперативники сообщили, что он давно находится в разработке, и предложили во всём сознаться. Получив отказ, стали, по его словам, пытать… Наносили удары по голове и в живот, потом натянули пластиковый пакет на голову, что было, по словам Турдукулова, самой страшной пыткой. После того как он очнулся, Турдукулову разъяснили, что от него требуется: “Тупо писать, что тебе диктуют!”. Дали бумагу и ручку, и более-менее грамотный опер стал диктовать. “В голове у меня была каша, я находился в состоянии зомби”, – сказал подсудимый.
В таком состоянии его привели и на допрос к следователю, который якобы сразу сказал: “Веди себя достойно и умей проигрывать”. Пожилой адвокат, которого подозреваемому предоставило МВД, по словам Турдукулова, в течение всего допроса дремал. А оперативники обещали повторить “урок мужества”, как они называли пытку. “Я чувствовал себя военнопленным, – несколько раз повторил Турдукулов, – ни о каком соблюдении моих прав не могло быть и речи”.
“Уроки мужества”, по словам Турдукулова, продолжались и в последующие дни, когда его водворили в спецтюрьму – СИЗО-50, откуда время от времени вывозили для проведения следственных действий. “От СИЗО-50 до ГУБОПиК полчаса езды, – сказал он. – И всё это время бойцы СОБРа отрабатывали на мне удары. Но я к ним претензий не имею, – подчеркнул Турдукулов (видимо, не желая обострять отношений с бывшими коллегами: сам ведь в спецназе когда-то служил), – их опера “заряжали”.
Короче, по версии Турдукулова, все его показания на следствии, все подробности преступления, которые он сообщил, были ему надиктованы. “Был конкретный сценарий, под него всё подгоняли, чтобы связать нас всех цепочкой. На моём месте мог оказаться любой из военных, которые здесь присутствуют”, – заключил он, явно апеллируя к людям в камуфляжной форме – охранникам и просто любопытствующим, коих в зале суда больше, чем гражданских.
Что же за показания “выбили” из Турдукулова (по его версии) эмвэдэшники год назад? Их огласил в суде один из гособвинителей.
     Из протокола допроса подозреваемого А. Турдукулова от 14 сентября 2011 года:
“Примерно 8-9 марта 2009 года на мой мобильный телефон позвонил Тахир Рысалиев (он, по версии следствия, оставался правой рукой Жаныша Бакиева и в СГО, хотя формально возглавлял одно из бишкекских отделений милиции. – Примеч. авт.) и сказал, чтобы я подъехал в кафе “Шаолинь” на улице Жибек Жолу: Жаныбек Бакиев подготовил какую-то задачу. В кафе Тахир мне дал понять, что Жаныш Бакиев поставил задачу по задержанию бывшего руководителя администрации президента Садыркулова.
     Примерно через день-два, согласно договоренности, я приехал к Тахиру домой. Мы вместе поехали в офис Жаныбека Бакиева на улице Шота Руставели. Следом за нами подъехала автомашина марки “БМВ” седьмой модели малинового или тёмно-вишневого цвета, на которой приехал парень кыргызской национальности возрастом 25-30 лет, спортивного телосложения. Кроме него из салона этой автомашины вышли Абдыразаков Айбек и Санжар. Мы поздоровались, вместе вошли внутрь офиса и сразу  же  направились  в  кабинет Ж. Бакиева, расположенный на первом этаже здания”.
Необходимое пояснение. Айбек Абдыразаков, ныне находящийся в розыске, тогда был начальником Управления ГУУР МВД по борьбе с организованной преступностью. Санжар – это Санжар Сапарбеков, также объявленный в розыск, спортсмен-кикбоксёр, личный друг Максима Бакиева. К числу “людей Максима” обвинение относит и упомянутого парня спортивного телосложения, которого А. Турдукулов в дальнейшем называет “другом Санжара”. Это – самый загадочный фигурант, чьё имя следствию даже не удалось установить: его не знал никто из допрошенных. По версии обвинения, убийство М. Садыркулова Жаныш и Максим Бакиевы организовали на “паритетных началах” – каждый выделил своих представителей.

“Жаныбек Бакиев поздоровался со всеми нами, рассадил нас на диван и стулья, расположенные в северной части кабинета, – продолжает давать показания задержанный Турдукулов, – после чего начал разговор… Обращаясь к Тахиру и ко мне, спросил: “Как вы собираетесь остановить машину?”. Тахир сказал: “Мы что-нибудь придумаем”. Я спросил у Бакиева, что будем делать, если машина остановится, но не откроют двери? Бакиев сказал: “Разобьёте окно и откроете”. Айбек Абдыразаков сказал, что он представится сотрудником милиции. На что Бакиев сказал, чтобы он представился начальником отдела уголовного розыска. В заключение Бакиев сказал, чтобы мы все были на связи”.
Диван и стулья, расставленные именно в СЕВЕРНОЙ части кабинета Жаныша Бакиева, – далеко не единственная деталька в показаниях Турдукулова, без которой в принципе можно было бы и обойтись. Протокол его допроса буквально напичкан такими деталями: кто что делал и говорил, кто где стоял… Адвокат потерпевших Леонид Лужанский в суде поинтересовался у Турдукулова: как же получилось, что он и его подельники, сидевшие в разных камерах СИЗО, не сговариваясь, сообщали следствию подробности, которые, кроме них, никто знать не мог? “Я же говорю – был сценарий”, – как-то не очень убедительно ответил подсудимый Турдукулов.
     Из показаний А. Турдукулова на следствии:
     “После этого случая я подумал, что у них есть какие-то планы, в суть которых меня не посвящают. Мы с Тахиром поехали к нему домой. Позже туда приехали Маткайымов Эргеш, начальник СБ офиса Жаныша Бакиева, и Байжанов Бакыт. (И тот, и другой сейчас сидят на скамье подсудимых. – Авт.). Пришёл чеченец по имени Рустам, фамилии не помню (Р. Сайдуев, находящийся в розыске. – Авт.). Он в офисе занимался вопросами строительства и всегда заходил к Ж. Бакиеву напрямую. Тахир озвучил задачу: задержать и доставить Садыркулова Медета куда скажут, имея в виду Бакиева… 12 марта мы ездили с Тахиром в здание СГО. Когда мы вошли в кабинет к Ж. Бакиеву, тот сказал, что сегодня надо осуществить то, что задумали, и спросил у Тахира, все ли готовы, кто поедет на задержание, кто будет в экипаже?”.
Любопытная здесь употребляется терминология: не похищение человека, а “задержание”, не банда, собравшаяся для убийства, а “экипаж”…
А вот подробности самого “задержания”. И убийства.
     Из показаний А. Турдукулова:
     “Тахир, говоривший с кем-то по телефону, сказал нам, что Садыркулов едет, пересёк границу. Мы все засуетились. Тахир скомандовал: “Всем занять свои позиции”.
     Бакыт (Б. Байжанов, по версии следствия, переодевшийся в форму сотрудника ГАИ. – Авт.) жезлом остановил приближающийся к месту, где мы стояли, белый джип марки “Лексус”. Мы сразу же окружили его со всех сторон. Я открыл дверь, вытащил водителя, направил на него свое табельное оружие и обыскал место рядом с ним. Передал водителя Эргешу, он забрал его в автомашину Тахира. Садыркулов и русский мужчина сидели на заднем сиденье. Айбек представился сотрудником уголовного розыска и сказал: “Сейчас проедете с нами, там разберёмся”. Я сел за руль, Айбек и Санжар – на заднее пассажирское сиденье, с обеих сторон от Садыркулова и русского мужчины. На переднее пассажирское сиденье сел Бакыт. Айбек скомандовал, чтобы я ехал в южном направлении. В пути следования Садыркулов стал возмущаться, требовать обоснования их задержания. Айбек сказал: “На месте разберёмся”. Однако Садыркулов стал ещё громче возмущаться. В ответ Санжар два раза ударил Садыркулова по лицу, и он успокоился. Русский мужчина молчал.
     В село Кок-Жар приехали около трёх часов ночи. Я вышел из машины, Айбек вывел Садыркулова, отвёл его на топчан и посадил. Русский мужчина оставался в салоне джипа. Рядом с ним был Санжар. Чуть позже я увидел Рустама, стоявшего позади джипа Садыркулова. К даче подъехал Жаныбек Бакиев. Он сразу же подошёл к Садыркулову, начал с ним разговаривать. Сути разговора я не слышал, так как действовало правило: когда Ж. Бакиев разговаривал, все отходили от него подальше. Разговор вначале проходил нормально, но под конец Бакиев выматерил Садыркулова и скомандовал нам отвести его в заднюю часть дома. Там Бакиев ударил его по лицу и телу руками и ногами несколько раз. Садыркулов стал сопротивляться, Бакиев сказал Бакыту, Санжару и мне его держать. Я держал Садыркулова за правую руку, Санжар – за левую, Бакыт стоял рядом с нами.
     Бакиев вновь несколько раз ударил Садыркулова руками и ногами, после чего Садыркулов упал. При этом он говорил Бакиеву: “Извини… Помогите”. В это время друг Санжара привёл русского мужчину из автомашины. Тот увидел лежавшего на земле Садыркулова, стал сопротивляться. Бакиев сказал, чтобы я держал его. Я схватил русского мужчину за правую руку, он был здоровый, выше меня ростом, но выпивши, заторможенный, производил неуклюжие движения. Санжар вместе с Бакиевым стал избивать его руками и ногами. Избивали его также Айбек и Бакыт.
     Русский мужчина упал на живот. Садыркулов тоже лежал на животе. Бакиев скомандовал: “Гасите!”. Санжар накинул на шею Садыркулову удавку, думаю, это была верёвка. А друг Санжара накинул удавку на шею русскому мужчине. И они стали душить их. Садыркулов вначале был в отключке, а когда его стали душить, немного стал сопротивляться. Но минутой позже перестал. Я понял, что Садыркулов умер. Русский мужчина тоже вначале сопротивлялся, а потом перестал.
     Бакиев скомандовал нам запихать их тела в белый джип. Я и Айбек потащили тело Садыркулова, запихали на заднее сиденье справа. В это время я увидел, как Санжар и его друг запихивают на сиденье слева тело русского мужчины. Потом мы с Айбеком увидели возле машины неподвижное тело водителя”.
Подробности убийства водителя Кубата Сулайманова на следствии сообщил Эргешбек Маткайымов. “Когда водитель джипа попросился в туалет, Сашка отошёл с ним к дереву, – огласил в суде его показания прокурор. – Я услышал звук, обернувшись, увидел, что Сашка его душит”. Сашка – это всё тот же друг Санжара Сапарбекова, лично, по версии следствия, задушивший и Сергея Слепченко. Главный мясник…
От этих своих показаний подсудимый Маткайымов в суде тоже отказался.
     Из показаний А. Турдукулова:
     “Бакиев скомандовал, чтобы я поехал наверх в сторону “салымбековских дач”. Я сел за руль белого “Лексуса”, в котором находились тела. Увидел впереди чёрный джип, понял, что это служебная машина Бакиева. Я поехал за ним. Сзади послышался стон человека. Я обернулся и понял, что стонал Слепченко. Остановился. Чёрный джип тоже остановился. Вылез друг Санжара, подошёл, спросил, в чём дело. Я сказал, что сзади стонут. Этот парень взял на обочине камень и ударил по задней части черепа водителя Сулайманова, затем по очереди нанёс по одному удару Садыркулову и Слепченко…
     У дороги стоял Санжар, его друг и Айбек. Они “дирижировали”, показывая, как поставить белый джип. Я по их указанию поставил его на краю обрыва. В это время подъехала иномарка “Ауди-100”-“старушка”. За рулём сидел парень кыргызской национальности (Омурбек Осмонов, впоследствии осуждённый за ДТП, а после освобождения убитый. – Авт.). Он, маневрируя, поставил “Ауди” к носу джипа. Я вылез из машины. Увидел друга Санжара, державшего в руках канистру из-под бензина. Подъехал Тахир на своём “БМВ”. Водитель “Ауди” попытался столкнуть белый “Лексус” с обрыва тараном в левый бок. Однако из этого ничего не вышло. Я сел в машину к Тахиру. Когда стали отъезжать, я, повернувшись, увидел столб дыма и огонь из-под автомашины “Лексус”.
     Мы вернулись на дачу к Темирбаеву. Там увидели Темирбаева Нурлана и чеченца Рустама. Они переговаривались между собой. Нам они сказали, чтобы мы ничего не делали и уехали, что они сами здесь приберутся”.

По версии следствия, Нурлан Темирбаев (занимавший тогда должность заместителя начальника ГУВД Бишкека) приехал на дачу, чтобы замести следы преступления. Сам он в суде этого не подтвердил. В ту ночь, по словам Темирбаева, ему позвонил Жаныш Бакиев. “Он сказал мне приехать на дачу брата. Там якобы находится Рустам Сайдуев. Когда я прибыл на место, меня встретил Рустам и ещё один парень азиатской национальности, его я не знаю. Они мне сказали, что тут произошёл конфликт. Какой, не уточнили. Я подумал, что конфликт с местными. Рустам уехал. Я тоже сразу за ними уехал. И лёг спать. Утром, как обычно, поехал на работу”, – сообщил суду подсудимый Темирбаев. Никак не объяснив полное отсутствие у него, высокопоставленного милиционера, элементарного любопытства: так что же даче произошло?
     Из показаний А. Турдукулова на следствии:
     “Мы поехали к дому Тахира, в машину подсели Бакыт и Эргеш. Там по инструкции Тахира мы сняли с себя верхнюю одежду и сожгли её в огороде. Бакыт сжёг милицейскую форму. Вечером стали передавать новости об обнаружении машины Садыркулова с обугленными телами. Я приехал к Тахиру узнать, как обстоят дела. Он дал мне 2 тысячи долларов и сказал, чтобы я отдохнул 2-3 дня. Я всё время переживал за содеянное, так как я, будучи сотрудником милиции, знал, что за такие вещи когда-нибудь настигнет расплата. Хочу отметить, что я не думал, что задержание и доставка Садыркулова и его спутников может обернуться такими последствиями. Я глубоко сожалею о том, что стал участником этих событий”.
Итак, от всех этих показаний подсудимый Марат Турдукулов теперь отказывается. Как отказались до него от своих показаний подсудимые Эргешбек Маткайымов и Бакыт Байжанов. Но где же тогда были все трое в ночь с 12 на 13 марта 2009 года, если в убийстве они не участвовали, на автотрассе возле пограничного пункта “Ак-Жол” машину Садыркулова не захватывали и на темирбаевской даче не были? Этого никто из них якобы не помнит. “Вы помните, что кушали неделю назад?” – так ответил Турдукулов адвокату Лужанскому, когда тот попытался уточнить, какое у подсудимого есть алиби.
Даже подшитые к уголовному делу шесть рисунков-схем, которые своей рукой рисовал в своё время подозреваемый Турдукулов, объясняя, где находился каждый из участников убийства, он теперь не признаёт. Точнее, утверждает, что срисовал их со схем, которые ему, дескать, подсунули оперативники.
Упоминается в показаниях Турдукулова на следствии ещё одна деталька: Медет Садыркулов в момент похищения и убийства был, как и Сергей Слепченко, выпивши. Один из гособвинителей в связи с этим огласил фрагмент показаний свидетеля Аркадия Дубнова – московского журналиста, с которым Медет Садыркулов встречался в Алматы накануне своей гибели – 12 марта 2009 года. “Мы решили подняться в ресторан гостиницы “Казахстан”, где я остановился, – рассказывал следствию Аркадий Дубнов. – Расположились в одной из кабинок, Сергей Слепченко сидел отдельно от нас. Медет говорил о своём намерении вступить в жёсткую оппозицию Бакиеву. Мы в ресторане много выпили. Медет выпил около полулитра виски. Он любил хорошо выпить, так же, как и я”.
– Этот допрос был проведён 18 октября 2011 года, – объяснил прокурор смысл своего “козыря”. – А допросы Турдукулова начались с 12 сентября. О том, что Садыркулов был выпивши, в тот момент сотрудники МВД ещё не знали: экспертиза в останках тел следов алкоголя не нашла. Кто же конкретно вам продиктовал фразу об алкогольном опьянении Садыркулова? – обратился гособвинитель к подсудимому Турдукулову.
– Не знаю, – смутился тот, – насчёт этой фразы я вообще не помню…
Итак, позиция всех подсудимых прояснилась. Военный суд Бишкекского гарнизона приступил к исследованию доказательств.

Вадим НОЧЁВКИН

 

 

Оставьте комментарий