Главное:
Китайской экспансии – нет! (Январь 17, 2019 2:20 пп)
Прогноз погоды на февраль (Январь 16, 2019 4:07 пп)
Приговор оставлен в силе (Январь 15, 2019 11:52 дп)

САМ СЕБЕ СУДЬЯ, САМ СЕБЕ ПАЛАЧ

06.02.2015
Просмотров: 11


 

 

 

Волна  самосудов  прокатилась  по  Кыргызстану…
 

 

Происхождение слова “линчевание” относится к концу XVIII века. Историки до сих пор спорят, от какого из двух Линчей пошел термин. Одни стоят за полковника иррегулярных войск американских колонистов Чарльза Линча (1736 – 1796), другие – за виргинского плантатора капитана Уильяма Линча (1742-1820).

Первый в ходе войны за независимость прославился тем, что сформировал собственный суд в округе Бедфорд и внедрял порядок и закон посредством верёвки. К чести Чарльза Линча надо сказать, что он не вешал всех попавших к нему на суд без разбора, а сначала выслушивал суть дела и принимал решение. К тому же в обстановке тогдашнего хаоса ему удавалось поддерживать относительный порядок.

Второй Линч, плантатор, также прославился скорыми и внесудебными расправами, но в основном над рабами-неграми.

Есть и ещё одно толкование этого слова. Оно исходит из англосаксонского устарелого глагола linch – “бить палицей”, “бичевать”…

Как бы там ни было, линчеванием (или судом Линча) постепенно стали называть всякий самосуд, всякую расправу в отсутствие представителя законной власти, которую устраивает отдельный человек или группа людей, взявших на себя право вершить суд – при попустительстве и открытом одобрении агрессивно настроенной толпы зрителей.

застрелил  вымогателя

В Жумгальском районе Нарынской области глава сельской управы Таш-Добо Надыр Бийсеев из ружья застрелил местного жителя.

Житель был дважды судим, отбыл срок наказания и вернулся в родное село. По данным Нарынского УВД, человек этот, обозначаемый в сводках инициалами М.С., не давал покоя местному населению. Чуть ли не всё село терроризировал. Даже главу сельсовета запугивал.

22 января М.С. приехал из города и прямиком направился в дом к главе сельской управы. Стал требовать денег (5 тысяч сомов), попутно всячески оскорбляя и матерясь.

Начальник, не в состоянии совладать с гневом и вспомнив все прежние обиды, достал ружьё и выстрелил.

М.С. в тяжёлом состоянии доставили в районную больницу, где он и скончался.

Глава сельской управы арестован и сидит в ИВС. Милиции он так объяснил случившееся: “У меня не было выхода. Если бы я это не сделал, в один прекрасный день он бы убил меня сам”.

Проводятся следственные мероприятия.

А между тем жители села Таш-Добо (около тысячи человек) встали на защиту арестованного Бийсеева. Уверяют, что тот просто так не пошёл бы на убийство.

Глава сельсовета показывал хорошие результаты в работе. Дважды переизбирался на эту должность, и односельчане во всём его поддерживали. Село Таш-Добо, по словам его жителей, – единственное в Жумгальском районе, где положен конец пьянству. Сначала ввели запрет на продажу, а после запретили и ввоз сюда алкогольной продукции.

“Почему в стране законы не работают? – обращаются к кыргызстанским властям ташдобинцы. – Когда начнут работать законы, наказывающие за посягательство на жизнь, за причинение вреда здоровью? Мы поддержим нашего главу сельской управы во всех отношениях. У народа хватит сил, чтобы его защитить. Какой бы сложной ситуация ни была, глава сельской управы сделал правильный шаг. Он защищал себя, семью свою защищал, народ защищал. В связи с этим ему и пришлось пойти на такой отчаянный шаг. Мы все обратимся к власти по поводу дела главы нашей сельской управы.”

запинали  насильника

А несколькими днями раньше очень похожее происшествие случилось в селе Конуш Сокулукского района.


43-летний местный житель по имени Нурлан Аманов поступил в больницу в тяжёлом состоянии. У него диагностированы множе
ственные переломы и черепно-мозговая травма. В тот же день от полученных травм мужчина скончался.

Пострадавшего, как оказалось, избили односельчане. И шестеро жителей Конуша были по горячим следам задержаны сотрудниками милиции. Там же, в милиции, они признались, что пошли на самосуд вынужденно. Аманов, рассказали, систематически избивал  жителей села, а на днях изнасиловал мужчину.

По факту возбуждено уголовное дело. Ведётся следствие. А обе стороны (считающие себя потерпевшими) тем временем объясняются с общественностью на пресс-конференциях.

43-летний Нурлан Аманов, по словам односельчан, вёл разгульный образ жизни. Пьянствовал, занимался рэкетом, часто влезал в драки и имел несколько судимостей.

“18 раз в течение года жители писали на него заявление в милицию, однако никакой реакции со стороны правоохранительных органов не наблюдалось”, – рассказывает сосед Аспек Молдокулов.

Очередным объектом для издевательств Аманова стал парень по имени Рыспек. У него он якобы постоянно вымогал деньги на водку и вообще не давал спокойной жизни. Парень, не выдержав такого натиска, решил написать заявление в милицию. Об этом узнал Аманов и нашёл рычаги давления в виде 42-летнего Рустама – друга Рыспека. Попросил его по-дружески уговорить парня забрать заявление.

Рустам отказался. Тогда, говорят, Аманов явился к нему  домой, сел с ним за стол переговоров и предложил выпить. Выпили. Разговор по-прежнему не клеился. Аманов вновь заговорил о “бумажке” из милиции – и снова получил отказ. В адрес Рустама посыпались угрозы.

Завязалась ссора, перешедшая в драку, а вслед за ней – изнасилование.

“Рустам сейчас находится в больнице, – рассказывает односельчанка Венера Сыдыгалиева. – В тяжёлом состоянии. Каждый день с ним работают врачи – психологи, невропатологи, чтобы он не совершил суицид. Для него это огромное потрясение, он всё ещё не может прийти в себя. Этот человек никогда не делал ничего плохого, он отличный семьянин – женат, четверо детей, работает, имеет образование. А сейчас его жена вынуждена оставлять своих малышей у золовки, а сама каждый день навещать мужа в госпитале”.

Возмущённые сельчане рано утром 8 января вытащили Аманова из дома, пригнали в центр села и стали пинать – на глазах у местных аксакалов, не проронивших в его защиту ни слова. Таков был Аманову народный приговор.

Подоспевший брат Аманова увёз его в больницу, на прощание пообещав разъярённым мужикам, что тот не станет обращаться в милицию. Сказал, что сразу после выздоровления увезёт брата подальше от Конуша.

Но Нурлан Аманов в больнице умер.

А шестерых народных “судей” забрали сотрудники милиции.

У сестры забитого Аманова – своя версия произошедшего, которая в корне отличается от той, что выдвинули односельчане.

Её брат, как рассказала она журналистам, с детства был сильным и крепким, занимался боксом. Однако ни в каких тёмных и противоправных делах замешан не был. Жил спокойно, никому не мешал, ни с кем не конфликтовал, а в последнее время работал в России.

Нурлан, по словам его сестры, пользовался авторитетом у жителей всего Сокулукского района. Конечно, кое-кто его побаивался, но только якобы потому, что Аманов мог дать достойный отпор кому угодно.

За несколько дней до расправы к Нурлану, говорит сестра,  приходил некий односельчанин, который потребовал, чтобы он уехал из села. Если, дескать, откажется, то пусть пеняет на себя. Дело может для него плохо кончиться.

Что конкретно имел в виду односельчанин, что означали его угрозы и на каком основании брат должен был уехать – Аманова не знает.

А в ночь с 7 на 8 января, примерно в три часа в дом Нурлана ворвались человек шесть или семь. Они сразу же начали бить его по голове арматурой, угрожали его гражданской супруге, связали ребёнка…

“Одного из ворвавшихся в дом мужчин зовут Кубат, он, насколько я знаю, читает намаз, то есть верующий, –  говорит сестра Аманова. – Именно он заставлял мою сноху Гульнару смотреть, как избивают её мужа. При этом угрожал, что если она не будет смотреть, то и с ней расправятся тоже. Сноха выбежала на улицу и увидела, что к дому подходит толпа мужчин, человек 15-17. Она просила помощи, умоляла прекратить избиение супруга, но её не слушали. Соседи, которые слышали крики о помощи, даже не вышли на улицу. Все они были запуганы”.

В центре села, по словам сестры, Аманова бросили совершенно голым и велели односельчанам не помогать ему и не вызывать ни “скорую помощь”, ни милицию. Кто, дескать, ослушается, того ждёт та же участь.

“Конечно, никто даже не подумал помочь моему брату. Лишь сноха пыталась пройти к мужу, но её не подпустили. Через пару часов все разошлись, сноха накрыла Нурлана одеялом и вызвала “скорую”.

К вечеру этого же дня сотрудники милиции по подозрению в данном преступлении задержали шестерых односельчан Нурлана. Один из них, по сведениям сестры, сообщил оперативникам, что Нурлан якобы несколькими днями раньше его изнасиловал.

“Однако следователь почему-то не провёл никаких экспертиз, ни у кого не взяли никаких анализов и тому мужчине поверили на слово”.

избили  скотокрада

В селе Ак-Тобо Джалал-Абадской области толпа мужчин три часа избивала и топила в речке парня-безотцовщину, которого подозревали в краже скота. Прибывших по вызову сотрудников милиции правозащитники обвинили в бездействии и чуть ли не пособничестве вершителям суда Линча.

В УВД области, наоборот, утверждали, что милиция как раз спасла парня от самосуда и неминуемой гибели.

Пострадавшему Аткулу Арстанбаеву, жителю названного села, на тот момент было 22 года, жил он с матерью и младшей сестрёнкой. А после инцидента попал в больницу со множественными телесными повреждениями.

Били его больше десяти человек. “Меня не было там, – рассказывала мать Аткула, – но люди, которые там были, говорят, что милиция стояла рядом и просто смотрела на это. У них было четыре машины, только спустя несколько часов сына забрала милиция и увезла в Кербен”.

По утверждению женщины, местные власти не только не пытались предотвратить или прекратить самосуд, но кое-кто из начальников – в частности сам староста села – даже подстрекал нападавших расправиться с Аткулом.

“Моего сына несколько раз топили в речке, он терял сознание, потом его притащили в центр села и продолжили там бить”, – говорит Арстанбаева.

Остаётся добавить, что никаких прямых улик против парня у односельчан не было. Не было ни одного неопровержимого доказательства, что именно он повинен в том, что в селе и окрестностях пропадает скот. Да, был он пару раз замечен в воровстве. Крал какую-то мелочь.

А его чуть не линчевали за скотокрадство.

суди  –  но  осторожно

“Андрей! Я дико извиняюсь, но если бы с моими близкими что-то случилось, я бы взял в руки топор и убил. В нашей стране нет закона, на кого нам рассчитывать?” – перекрикивает ведущего Малахова и всех остальных в передаче “Пусть говорят”, транслирующейся не только на Россию, известный российский актёр.

Сорвав аплодисменты зала, он парирует возмущение какого-то зрителя: “Если ваш сын пострадает, вы будете ждать суда?”. Даже если будет суд, даже если он вынесет “правильный”, справедливый приговор, потеря близкого человека, по мнению известного актёра, требует мести и физической расправы над убийцей собственными руками.

А уж если нет надежды на судебные и правоохранительные органы… Тогда, по мнению очень многих (даже не жестоких по натуре) граждан, – сам бог велел!

Самосуд – незаконная расправа   с  действительным или предполагаемым преступником, без обращения к государственным органам. Важное слово здесь – с предполагаемым.

Самосуд отличается от обычной мести: при мести расправу над обидчиком осуществляет сама жертва или близкие ей люди; самосуд же могут учинить и посторонние, стремясь таким образом обеспечить справедливость в их понимании и предотвратить потенциальную угрозу интересам общества.

В порыве гнева мы можем оправдать самосуд. Теперь это явление уже не такая большая редкость. А что же, мол, делать, если законной справедливостью и не пахнет?!

Но когда гнев утихает и разум берёт верх над чувствами, приходится трезво отвечать на обоснованно возникающие вопросы.

А того ли забили до смерти, застрелили и повесили?

Безусловна и доказана ли была его вина?

А  вдруг это всё-таки не он?

А вдруг ошибка произошла?

Пытаясь найти причины возникновения этого на самом деле страшного действа, стараешься докопаться, откуда оно берёт начало. Неспроста ведь обычные люди превращаются и в судей, и в палачей одновременно. Они берут на себя несвойственную им задачу. Берут на себя ответственность совершить кару, когда нет доверия к существующему правосудию, когда они не уверены в справедливости властей, не видят извергов наказанными. Им приходится своими силами, стихийно вершить “закон” – око за око, зуб за зуб. Почти как в джунглях.

Понятно, что у сторонников судов Линча могут быть “железные” аргументы. И самосуд может оказывать огромный эффект на потенциальных убийц. Многие задумаются и испугаются творить зло. Потому что с милицией можно договориться, от судей и прокуроров откупиться, а на возмущённых односельчан такие методы не действуют.

В конце XIX века на золотых приисках на Аляске, кстати,  самосуды были весьма распространённым явлением. В итоге прекратилось воровство, самородки золота можно было оставлять прямо на улице, возле дома: их никто не трогал. Сторонники линчевания скажут: “Вот видите, как благотворно влияет эта “простая” процедура на установление порядка!”

Но мы же живём не на диком Западе. И главная проблема в том, что самосуд – он скор на руку, ему не нужны доказательства, свидетельства очевидцев, рутинные процедуры. Обычно достаточно более-менее “обоснованных” подозрений.

Если ты не судья и не следователь – откуда ты можешь знать, кто преступник, а кто нет, и какие могут быть мотивы у преступника (аргументы, что у нас далеко не всегда и следователи, и судьи отличаются высоким профессионализмом, не принимаются)? Тем более этого не знает и толпа. Но для разбушевавшейся толпы это и не важно. Для неё главное – наказать, покарать. И не дай бог оказаться под подозрением толпы или даже просто быть трезвомыслящим человеком, который заикнётся о правосудии во время самосуда… И ему одна дорога – туда же.

* * *

Не так давно был в Бишкеке случай. Ночью в одну из квартир многоэтажного дома по верёвке через балкон проник вор. Хозяева вовремя проснулись, затащили непрошеного гостя внутрь и учинили над ним настоящий суд Линча. До приезда милиции успели избить так, что вместо СИЗО он несколько дней провёл в больнице.

Этот случай мы со всех сторон обсуждали с одним из оперативных сотрудников бишкекской милиции. Правы или не правы были хозяева, не сдавшие преступника милицейскому наряду в целости и сохранности? Имели ли они право, поймав его с поличным на месте преступления, разобраться с ним здесь же, на месте, довольно-таки варварским способом?

– Не имели, – утверждал мой собеседник в погонах. – Закон един для всех. И вор, если на то пошло, такой же человек. И что с ним делать, должны решать судьи. Настоящие, а не те, кто самостоятельно взял на себя такую миссию. Тем более что это даже самообороной не назовёшь. Ничто ведь жизни жильцов не угрожало! Зачем же они его так отметелили?

– Но что же делать, – возражаю, – если милиция, как им казалось, ехала слишком долго, а на вора сил не было спокойно и беспристрастно смотреть – чесались руки (и я лично этих людей прекрасно понимаю!)?

– Я их тоже понимаю, – наклоняется ко мне ближе и понижает голос оперативник. – А что делать? Ну… Как вариант – в окно его выбросить. И ничего утром не вспомнить. “Человек под окном лежит? А откуда он взялся? Нет, не видели и не слышали. А вот верёвка – не по ней ли он пытался в чью-то квартиру залезть?”.

Представляю эту картину и слегка вздрагиваю. Всё-таки несказанно повезло воришке, что его “всего лишь” избили.

Ольга НОВГОРОДЦЕВА

Оставьте комментарий