Главное:
Афиша на выходные в Бишкеке (Январь 18, 2019 1:27 пп)
Китайской экспансии – нет! (Январь 17, 2019 2:20 пп)
Прогноз погоды на февраль (Январь 16, 2019 4:07 пп)
Приговор оставлен в силе (Январь 15, 2019 11:52 дп)

Врачи без колёс

12.12.2018
Просмотров: 493

Скорую помощь оставили без транспорта.

Скандал вокруг машин скорой помощи, которых отечественные врачи по вине поставщиков так и не получили, вышел на финишную прямую. Почти два года ожидания, переговоров и пустых обещаний закончились логическим намерением Минздрава обратиться в суд с иском к частной компании.

Об этом нашей газете рассказал руководитель группы по приёмке автомобилей главный врач Центра экстренной медицинской помощи Бишкека Искендер Шаяхметов.


НА СЛОВАХ  ВСЁ БЫЛО КРАСИВО…

В прошлом году Кыргызстан должен был получить 15 машин для службы медицинской скорой помощи. Грант на их покупку в размере 1,18 миллиона евро республике выделила Германия. В конце 2016 года Минздрав объявил тендер на приобретение специального транспорта и необходимого к нему оборудования. Конкурс выиграла нидерландская компания Dutch Health BV. В марте 2017 года с фирмой-победительницей был заключён контракт. Изначально планировалось, что спецтранспорт будет укомплектовываться на европейских заводах, однако позже исполнитель заказа затянул сроки поставки, так как перенёс работы в Объединённые Арабские Эмираты.

В декабре машины всё же были доставлены в республику и растаможены. Планировалось, что до 22 июля их введут в эксплуатацию – часть из них отправят в регионы, а часть оставят в Бишкеке…

Однако спецтранспорт по сей день стоит опечатанным на автобазе Минздрава.

– При объявлении конкурса тендерной комиссией, в состав которой вошли представители Минздрава и независимые эксперты, были обозначены чёткие условия, в том числе технические требования к транспорту, – рассказывает Искендер Шаяхметов. – Машины скорой помощи делятся на три класса. Класс “А” предназначен для транспортировки пациентов, предположительно не являющихся экстренными, в сопровождении медицинского персонала. Класс “B” – машины, предназначенные для проведения лечебных мероприятий силами врачебной или фельдшерской бригады, для транспортировки и мониторинга состояния пациентов на догоспитальном этапе, и класс “С” – реанимобили: максимально укомплектованный оборудованием транспорт, предназначенный для реанимационных бригад, обслуживающих самые тяжёлые вызовы. В тендере я и мои коллеги из Центра экстренной медицины не участвовали. Когда мы приехали на приёмку транспорта, выяснилось, что ни одна машина не соответствует заявленной категории. По документам всё верно, однако по факту всё совершенно иначе.

Так, например, длина кузова транспортных автомашин “Хёндай-Портер” превышает указанный в контракте параметр почти на метр, а высота медицинского салона машин “Тойота-Хайс” ниже требуемой на 25 сантиметров, и к тому же он покрыт велюром, что запрещено санитарными нормами. В машинах “Тойота-Хайлюкс”, помимо всего прочего, отсутствует стационарная система подачи кислорода. Казалось бы, расхождения незначительные. Но это только на первый, обывательский взгляд.

– Вы можете представить, что в реанимобиле между носилками, на которых будет лежать пациент, и сиденьем фельдшеров расстояние не превышает 10-15 сантиметров?! – возмущается Искендер Шаяхметов. – Там не то что человека спасать – сидеть невозможно. А ведь в случае экстренной ситуации нашим бригадам нужно проводить реанимационные мероприятия прямо в машине. Собственно говоря, для этого реанимобили и существуют. Кроме того, из-за расхождений в габаритах медицинское оборудование установлено в неположенных местах. Кислородные баллоны находятся в горизонтальном положении рядом с печью отопления. А должны они стоять вертикально, в задней части кузова, вдалеке от источников тепла. Это риск, который может привести к огромной трагедии. И остальное оборудование расположено неправильно. Из-за этого об острые углы приборов постоянно будут биться головами либо врачи, либо пациенты.

Установить всё согласно нормам невозможно опять-таки из-за неправильных габаритов. Для ряда приборов просто не осталось места, и они лежат в салоне. Естественно, мы отказались принимать транспорт в таком виде.

Искендер Шаяхметов: “Принимать негодный для работы скорой помощи транспорт я не буду”.

Вместо компактных кресел в салоне реанимобиля поставщики установили скамью. Работать в столь стеснённых условиях, по словам специалистов, невозможно.

Прибывшие в Бишкек машины опечатаны. Сегодня они ждут своей участи на автобазе Минздрава.


ЧЕМОДАН БЕЗ РУЧЕК

Группа по приёмке автомобилей, которую возглавил Шаяхметов, привлекла к оценке транспорта независимых экспертов и получила заключение, что восемь машин можно принять к эксплуатации, но лишь после значительной доработки – замены обивки салона, переноса кислородных баллонов и устранения прочих недочётов.

– Однако в Кыргызстане нет заводов, где можно было бы сделать сертифицированную переделку восьми указанных машин, – объясняет Искендер Белекович, – и мы были вынуждены отказаться от этой идеи, так как изменение конструкций транспорта в кустарных условиях запрещено. Их невозможно будет поставить на учёт в ГРС и застраховать…

Что, впрочем, не помешало представителям Dutch Health BV в Кыргызстане без нашего ведома приступить к работе. У одной из машин, которая была на метр длиннее, они попросту спилили заднюю часть кузова, что привело к неправильной компоновке носилок и оборудования внутри.

В конце концов машины были опечатаны. Сегодня они находятся на хранении на автобазе Минздрава. Многочисленные переговоры с выигравшей тендер фирмой не дали никаких результатов.

– Директор Dutch Health BV приезжал на одно из заседаний, в ходе которого признал недочёты и согласился за свой счёт в заводских условиях переоборудовать восемь автомобилей, – вспоминает Шаяхметов, – однако, вернувшись в Европу, он прислал нам официальный ответ: машины соответствуют всем заявленным требованиям, никакой переделки не будет.

Официальный представитель компании в Кыргызстане Азат Боталиев также сделал вид, что ничего страшного не случилось. Происходящее не что иное, как “капризы” врачей. Такой политики бизнесмен придерживался, общаясь с журналистами.

“Несоответствие техническим спецификациям – это когда мы, например, поставили другую модель или с другим двигателем, – высказывает свою точку зрения грозящий Минздраву судом Боталиев. – А тут из-за 20 сантиметров разрывать такой серьёзный контракт на миллион евро! Тем более вопрос резонансный, когда машин для скорой помощи не хватает. Это, я считаю, не совсем разумно. Не жалко машины резать только из-за того, что кому-то в ней надо ездить стоя?! Сейчас машины высотой 1 метр 60 сантиметров, а они хотят 1 метр 80”.

И такая позиция коммерсантов неудивительна, ведь по условиям тендера они получили 80 процентов предоплаты. Им торопиться некуда. Спустя почти год безуспешных переговоров и пустых обещаний Министерство здравоохранения республики и члены комиссии по приёмке автомобилей пришли к единственному оставшемуся варианту.

– Недавно состоялось последнее заседание по этому вопросу, – говорит Шаяхметов. – Для разрешения спора Минздрав намерен обратиться в международный суд. Требование одно – фирма должна забрать машины и вернуть заплаченные ей деньги. Контракт будет расторгнут. Этот транспорт для нас – как чемодан без ручки: он республике, безусловно, нужен, но уж точно не в таком состоянии.

Сколько продлится суд, неизвестно. Вероятнее всего, разбирательства затянутся ещё минимум на год, а то и дольше. Однако идти на уступки бизнесменам, фактически их обманувшим, врачи не намерены.

Интересный факт: председатель тендерной комиссии – начальник Управления организации медицинской помощи и лекарственной политики Минздрава Самат Тойматов, летавший на предотгрузочную проверку автомобилей в ОАЭ, – недавно уволился из ведомства по собственному желанию. Чиновник, таким образом, созданную в том числе и им самим головоломку переложил на плечи руководства Центра экстренной медицины, на тех, кто в тендерной комиссии не участвовал и по идее должен был всего лишь принять на свой баланс новый и качественный спецтранспорт.

Юрий КОПЫТИН

Р. S. Согласно расчётам, современному Бишкеку необходимо около 100 машин скорой помощи. Сегодня город обслуживают лишь 58 карет, 30 из которых подлежат списанию из-за их плачевного состояния.

2 комментариев

  1. Да уж! Это же автомобили “скорой помощи”, для спасения человеческой жизни предназначенные! Не исключено, что тех самых людей, кто это устроил, на этих автомобилях спасать придётся (было бы неплохо, вообще-то), их родных и близких, не бессмертные же они все. Тут уже не “распилами и откатами” пахнет, а вредительством и преступной халатностью.

  2. Поставщик давал откаты и поэтому ведет себя так. Все беды от наших чиновников.

Оставьте комментарий