Главное:
Марки к юбилею Айтматова (Декабрь 11, 2018 10:49 дп)
Ёлочка, гори! (Декабрь 10, 2018 1:55 пп)
Валя – чемпионка UFС! (Декабрь 10, 2018 10:35 дп)
Арестован Дуйшенбек Зилалиев (Декабрь 9, 2018 1:51 пп)
Как отдохнуть в выходные (Декабрь 7, 2018 1:36 пп)
Президенты договорились (Декабрь 7, 2018 12:10 пп)
Замминистра пойман со взяткой (Декабрь 6, 2018 1:23 пп)
У «Манаса» новый председатель (Декабрь 5, 2018 5:53 пп)

Запах смерти

Марат, как любой человек, погибший насильственной смертью, не успокоится, пока не будет отомщён.

– Мне сейчас уже не важно, когда и за что убили моего сына, – признаётся мать Марата Сабирова. – Я только хотела бы знать, мучился ли он перед смертью? Понял ли, что это – последние минуты его жизни? Успел ли почувствовать запах смерти?

Уголовное дело об убийстве Марата суд отправил на доследование. А загадок в этой почти мистической истории с течением времени не убавляется. Даже наоборот…

Статья “Буддизм как причина расправы” вышла в нашей газете 4 апреля 2012 года. Тогда Первомайский районный суд Бишкека только приступил к рассмотрению материалов дела – весьма необычного. На первом допросе предполагаемый убийца рассказал, что убил своего бывшего сокурсника… на религиозной почве. Из-за того якобы, что Сабиров, будучи мусульманином, увлёкся буддизмом.

Убитого звали Маратом. Тот, кто обвиняется в его убийстве, – тоже Марат. Первоначально подозревался Марат-третий. И вот теперь судья носит это же вненациональное имя. Судья Первомайского суда Марат Ибраев то ли споткнулся об эти странные совпадения и решил не искушать судьбу, то ли действительно счёл, что доказательств виновности подсудимого собрано недостаточно.
На судебных заседаниях страсти накалялись до предела. Мать подсудимого кидалась на корреспондента, грубо, по-хамски обвиняя в том, что задолго до приговора в газете были якобы опубликованы “все данные” её сына.
– О чём вы? Фамилии его в статье нет, фотографии тоже нет…
– Зато написано: “Марат из Кара-Балты”. Его все узнали!
Это уж, простите, не моя проблема – что он у вас такой узнаваемый.
– Пошла вон! – пытался сквозь зубы “вытурить” меня из  зала суда и сам обвиняемый. И направлял свою безудержную агрессию не только в журналистскую сторону. Следователь по делу об убийстве Сабирова, присутствовавший в суде в качестве свидетеля, доведённый до белого каления провокационными выпадами подсудимого, еле сдерживался, чтобы не просочиться сквозь прутья решётки и не схватиться с противником врукопашную…
Марат, кстати, в ходе следствия обвинил задерживавших его милиционеров… в краже. Когда, дескать, они приехали в Кара-Балту, в дом его бывшей жены, в поисках его – подозреваемого в убийстве, то учинили там обыск. В итоге из дома бесследно пропали больше сорока тысяч долларов.
Безработная гражданка Казахстана, экс-супруга ныне подсудимого Марата, по этому поводу даже объявляла голодовку, требуя от сотрудников Первомайского РУВД Бишкека вернуть ей деньги (неплохо, однако, живут безработные, ворочая такими средствами!).
А что касается собственно убийства… Здесь все запутались окончательно.
По версии следствия, Марат не только убил своего тёзку, но и завладел его автомашиной, которая потом обнаружилась у некоего третьего лица (рассказавшего, что авто приобретено у “Марата из Кара-Балты”). А в суде вдруг появился свидетель, утверждавший, что лично якобы купил эту машину у ныне покойного Марата Сабирова. И в доказательство привёл ещё одного свидетеля, при котором якобы и совершилась сделка.
Если продал – у нового владельца должны быть как минимум документы на машину и доверенность на право ею распоряжаться. Должна быть хотя бы расписка от Сабирова, что он получил за авто такую-то сумму. Ничего этого в природе не существует. И “свидетель свидетеля” явно темнит: на просьбу описать внешность продавца машины отвечает: молодой человек азиатской внешности… А вот и нет! У убитого Сабирова внешность – скорее европейская.
Якобы алиби Марата-подсудимого тоже выглядит неубедительным. В то время, когда произошло убийство, он, по его словам, вообще отсутствовал в стране и находился в соседнем Казахстане. И этому тоже якобы есть свидетель – сотрудник таможенной службы, который видел, как Марат за несколько дней до трагедии пересекал казахскую границу.
Каким образом таможенник спустя больше чем полгода умудрился вспомнить точную дату (и чуть ли не время)  пересечения границы человеком, которого он видел тогда первый и последний раз в жизни?
Наружность, отвечает, у него приметная. Высокий, здоровенный… Таких мало.
Не убеждает, хоть убей!
В конце концов судья понимает, что “на приговор” выйти не получается, и выносит решение – отправить дело на доследование всё в то же Первомайское РУВД.

Потерпевшей стороной этот вердикт оспаривается в Бишкекском городском суде. Горсуд постановление судьи Ибраева поддерживает. Теперь материалы уголовного дела снова должны оказаться в УВД Первомайского района. Но что-то запаздывают. Следователь нервничает, мать убитого Марата Сабирова вообще находится в прострации… А новый адвокат Марата-подсудимого между тем бросает на ветер неожиданную, мягко говоря, версию: а может, убили вообще… не Сабирова.

Напомним, как было дело в августе прошлого года. Сначала Сабиров пропал вместе с машиной. Перестал отвечать на телефонные звонки, дверь в квартиру, которую он снимал в центре Бишкека, несколько дней оставалась наглухо закрытой, а ломать её не разрешал управдом без ведома хозяйки.
Когда внутрь наконец проникли сотрудники милиции, нетрудно представить, какую жуткую картину они там застали. Беспорядок, вовсю разлагающийся из-за летнего пекла труп, лужи крови… Тот самый запах смерти, который неизвестно, почувствовал ли Марат, – но оперативники ощутили его в полной мере. И явно поспешили поскорее оттуда удалиться, кое-чего не заметив, на что-то не обратив должного внимания.
Кто, если не Марат Сабиров, мог лежать мёртвым у него дома в его одежде? И если (вдруг?!) убили всё-таки не его – то кого? И где сам Марат?
Ситуация в высшей степени абсурдная. Это понимают все, включая адвоката обвиняемого. Включая, разумеется, и мать погибшего “буддиста” – очень, кстати, здравомыслящую женщину. Весь ужас в том, что всё, что так или иначе запутывает суть дела и оттягивает окончательное решение суда, обрастает какими-то поистине мистическими деталями и подробностями.
– Когда ехали в горсуд, – вспоминает мать убитого, – у меня каким-то образом сбились часы в телефоне. Никогда раньше такого не бывало! Показывали столько-то, и вдруг смотрю – половина шестого. А между прочим, примерно в это вечернее время, если верить первоначальным показаниям Марата из Кара-Балты, он и убивал моего сына!
Ещё пару дней назад, услышав такую историю, я бы мысленно пожалела уставшую немолодую женщину: похоронить жестоко убитого единственного сына да потом ещё бесконечно ходить по судам в поисках справедливости… Не каждый рассудок такое выдержит, и не такое может померещиться. Посоветовала бы ей отдохнуть, отвлечься…
Однако молчу. Потому что только что на собственной шкуре испытала нечто необъяснимое (об этом чуть позже). Слушаю её рассказ, от которого у любого слабонервного волосы бы на голове зашевелились.
Однажды раздался телефонный звонок. Она подняла трубку, но ответить не успела. В трубке услышала чьи-то голоса, разговаривавшие вовсе не с ней, а как бы друг с другом. Но разговор шёл о том, что имело к ней самое прямое отношение.
– А потом они его потащили…
– Какая жестокость!
– А здесь были картины…
– А это что такое?
– Из этого он собирался костюм себе шить.
– Ой, а это что?
Дальше в трубке послышался звук, как будто потянули за какой-то провод. И – короткие гудки.
Мать Марата по крупицам восстанавливала в памяти картину места происшествия. Тогда, в первую минуту, запах смерти заглушил и затуманил все детали. Теперь же они потихоньку проясняются. На стене – следы от картин (при жизни сына, насколько она знает, здесь висели репродукции на “буддийскую” тему). А вот и то, из чего “он собирался костюм себе шить”: отрез материи (слишком тёмной и мрачной на материнский взгляд).
Что это было? Попробуй объясни…
– Вы верите в мистику? – спрашивает она меня.
– Нет, – честно отвечаю.
– И я тоже.
Домой к матери Марата я в этот раз попала не сразу. Договорились встретиться, я уточнила адрес (тогда, в апреле, в процессе написания статьи про убийство Марата уже довелось побывать в этой квартире, и тогда дом я нашла без труда и проблем). И тут началось непонятное.
По микрорайону я блуждала без малого два часа. Сама над собой смеялась: что за чертовщина? Вот здесь точно прошлый раз проезжала, а вот и дом номер девятнадцать… восемнадцать… семнадцать… А шестнадцатого нет!
– Вы где? – тревожилась по телефону маратовская мать. И снова, на всякий случай, разъясняла, как лучше подъехать к дому.
Звонила до тех пор, пока у меня вдруг сама собой не отключилась “сотка”. А когда включилась (опять-таки совершенно самостоятельно!) – оказалось, что сбились часы. Нет, не полшестого на них было – это было бы что-то уж совсем неправдоподобное. На них было ровно на час меньше, чем на самом деле.
Всю ночь (во сне, разумеется) ездила на машине голубого цвета (покойному Марату, говорят, такие нравились) по незнакомой местности с оврагами и непролазным буреломом. “Куда меня несёт? – проносилось в голове. – Здесь же нет дороги!”…
На следующий день пришлось предпринять ещё одну попытку попасть в гости к женщине, с которой очень хотелось поговорить. Уже не надеясь на себя, вызываю такси. Таксист, по крайней мере, не имеет никакого отношения ни к Марату Сабирову, ни к его смерти. Так что его путать и морочить никакой потусторонней силе резона нет. И точно: с таксистом искомый дом сам собой вырастает впереди, будто только нас и дожидался.

– Может, это Марат нас с вами о чём-то предупреждает? – робко предполагает хозяйка квартиры. – Может, хочет попросить, чтоб не копали, не совались в это дело?

Не знаю. Но думаю – вряд ли. Марат, как любой человек, погибший насильственной смертью, не успокоится, пока не будет отомщён. Остаётся лишь ждать, когда это уголовное дело (доследованное, если это теперь возможно) снова попадёт в суд “на рассмотрение по существу”.

Ольга НОВГОРОДЦЕВА

Оставьте комментарий